Так, в 1731 году он написал шесть картин, которые назвал «Прогресс блудницы»; он выгравировал их на меди; с этих гравюр он сделал серию гравюр, которые через год были выставлены на продажу. Приехавшая из деревни девушка представлена настойчивой сводницей зудящему джентльмену; девушка легко учится и вскоре достигает наглого процветания. Ее арестовывают не за проституцию, а за воровство; она отбывает срок в тюрьме, выбивая коноплю; ее быстро настигает болезнь и смерть, но она утешается тем, что на ее похороны приходят куртизанки. Хогарт мог бы легко взять своих персонажей из жизни; мы видели, как миссис Нидхэм подвергалась пыткам за проституцию, как ее избивали люди и как она умирала от полученных травм. (Однако полковник Чартерис, дважды обвиненный в изнасиловании и дважды приговоренный к смерти, был дважды помилован королем и умер в своем загородном поместье).22 Хогарт ошибался, думая, что он открыл новые горизонты в этих жанровых гравюрах; их было много в Италии эпохи Возрождения, во Франции, в Нидерландах, в Германии. Но теперь Хогарт создал искусство и философию «моральных сюжетов». Как и большинство моралистов, он сам не был безупречен; он без ужаса переносил общество пьяниц и проституток,23 И его гравюры были рассчитаны прежде всего на то, чтобы заработать деньги, а потом, по возможности, на святых.
Гравюры «Блудницы» хорошо продавались, понравились двенадцати сотням подписчиков и принесли более тысячи фунтов стерлингов. Хотя пиратские издания и подрезали монету художника, они отогнали волка от двери. Британская публика, не испытывавшая страсти к живописи, с готовностью приняла эти сцены греха. Здесь был запретный плод, стерилизованный моралью, но от этого не менее восхитительный; здесь за гроши можно было безопасно познакомиться с пороком и с удовлетворением наблюдать за тем, как его наказывают. На заработанные деньги Хогарт теперь мог прокормить семью; он снял дом в фешенебельном районе Лестер-Филдс и повесил перед дверью золотую голову, обозначавшую его профессию художника. Позже он купил загородный дом в Чизвике.
В последующие несколько лет он написал несколько больших картин, в первую очередь «Ярмарку в Саутварке» — английский Брейгель — и красивый групповой портрет «Семья Эдвардсов». Но в 1733 году он вернулся к гравюрам и параллельно с «Блудницей» написал серию под названием «Прогресс рейки». Окрыленный юноша внезапно получает богатое наследство; он бросает Оксфорд и отправляется в Лондон, наслаждается кабаками и шлюхами, растрачивает деньги, попадает за долги в тюрьму, спасается от брошенной любовницы, восстанавливает платежеспособность, женившись на пожилой даме с одним глазом, но большими деньгами; он проигрывает свое новое состояние у Уайта, снова попадает в тюрьму и заканчивает свою карьеру безумцем в больнице «Бедлам». Это была пьеса морали в картинках, легко воспринимаемая и наглядно представляющая один из отрезков жизни. Чтобы уберечь гравюры «Рейка» от пиратства, Хогарт провел кампанию за юридическую защиту своих прав. В 1735 году парламент принял «Акт о поощрении искусства дизайна, гравюры, травления и т. д.»; этот закон, известный в народе как «Акт Хогарта», давал ему эквивалент авторского права на свои гравюры. В 1745 году он выставил на аукцион картины, с которых он гравировал «Блудницу и грача», и выручил 427 фунтов стерлингов.
Решительный и уверенный в себе, он предпринял еще одну попытку заняться живописью. «Я питал некоторые надежды на то, что мне удастся добиться успеха в том, что в книгах называют «великим стилем исторической живописи»».24 В десятилетие с 1735 по 1745 год он создал несколько превосходных картин, которым пришлось ждать столетия, чтобы получить признание. Опечаленный поэт25 это старая история об обнищавшем авторе, который сидит без денег за квартиру, в то время как его жена вяжет, а их кот беззаботно спит. В «Бассейне Вифезды» сделана попытка изобразить библейскую сцену, но Хогарт приправил ее полуобнаженной красавицей с полным лицом Христа. Художник не обошел стороной женскую плоть, и на гравюре «Прогуливающиеся актрисы, одевающиеся в сарае» он придал ей дополнительную привлекательность в виде полуснятой одежды. Добрый самаритянин26 приближается к уровню «Старых мастеров». Более привлекательна большая картина «Дэвид Гаррик в роли Ричарда III»;27 Она была написана по заказу мистера Данкомба, который заплатил за нее двести фунтов — самый высокий гонорар, который когда-либо получал английский художник.
