Энциклопедия» не была ни социалистической, ни демократической; она принимала монархию и отвергала понятие равенства, которое Руссо так решительно излагал в 1755 году. Статья Жокура «Естественное равенство» отстаивала равенство перед законом, но добавляла: «Я слишком хорошо знаю необходимость различных условий, классов, почестей, отличий, прерогатив, подчинения, которые должны господствовать при всех правительствах».60 В это время Дидро считал частную собственность необходимой основой цивилизации.61 В статье «Человек», однако, был и коммунистический момент: «Чистая прибыль общества, если она распределяется поровну, может быть предпочтительнее большей прибыли, если она распределяется неравномерно и приводит к разделению людей на классы». И — говоря о богадельнях — «гораздо полезнее работать над предотвращением несчастий, чем умножать места убежища для несчастных».62
Король-философ периодически пересматривал титулы на феодальные владения и отменял феодальные привилегии, которые больше не заслуживались заслугами сеньора перед крестьянством или государством.63 Он нашел бы гуманную замену принудительному труду на корвете и запретил бы торговлю рабами. Он, насколько позволяла его власть, положил бы конец войнам, вызванным династическим соперничеством или алчностью. Он постарался бы очистить суды от коррупции, покончить с продажей должностей и смягчить жестокость уголовного кодекса; по крайней мере, он положил бы конец судебным пыткам. И вместо того чтобы помогать увековечиванию суеверий, он посвятил бы свои труды продвижению того золотого века, в котором государственная мудрость объединилась бы с наукой в неустанной войне с невежеством, болезнями и бедностью.
В целом экономические идеи «Энциклопедии» принадлежали представителям среднего класса, к которому принадлежало большинство философов. Часто это были взгляды физиократов, которые под руководством Кеснея и Мирабо доминировали в экономической теории во Франции середины века. Свободное предпринимательство, а значит, свободная торговля и свободная конкуренция были жизненно важны для свободных людей; поэтому гильдии, как препятствия на пути к этому, осуждались. Этим идеям было суждено выйти на сцену истории в министерстве Тюрго (1774).
В «Энциклопедии» уделялось пристальное и восторженное внимание промышленным технологиям, которые начинали менять экономическое лицо Англии и Франции. Механические искусства, утверждал Дидро, должны почитаться как применение науки, а применение, несомненно, столь же ценно, как и теория. «Какая нелепость в наших суждениях! Мы призываем людей к полезному занятию, а сами презираем полезных людей».64 Он надеялся превратить «Энциклопедию» в сокровищницу технологий, настолько полную, что если бы механические искусства были уничтожены какой-нибудь трагедией, их можно было бы восстановить по одному сохранившемуся комплекту ее томов. Он сам написал длинные и кропотливые статьи о стали, сельском хозяйстве, иглах, бронзе, расточном станке («Алесуар»), рубашках, чулках, обуви, хлебе. Он восхищался гением изобретателей и мастерством ремесленников; он лично ездил или посылал своих представителей на фермы, в магазины и на фабрики, чтобы изучить новые процессы и продукты; он руководил гравюрами, которых насчитывалось почти тысяча и которые сделали одиннадцать томов табличек чудом своего рода для своего времени; на эти тома правительство с гордостью распространило одобрение и привилегию короля. Здесь было пятьдесят пять табличек по текстильной промышленности, одиннадцать — по монетному делу, десять — по военной технике, пять — по изготовлению пороха, три — по производству булавок; последние послужили источником для знаменитого высказывания Адама Смита о разделении труда на «восемнадцать отдельных операций» при производстве булавки.65 Чтобы получить эти знания, говорил Дидро,
мы обратились к самым искусным ремесленникам в Париже и во всем королевстве. Мы взяли на себя труд… задавать им вопросы, писать под их диктовку… узнавать у них термины, используемые в их ремеслах… исправлять в долгих и частых беседах с одной группой рабочих то, что другие объясняли несовершенно, неясно, а иногда и неточно…. Мы посылали в мастерские граверов, которые рисовали проекты машин и инструментов, не опуская ничего, что могло бы сделать их понятными для глаз».66
Когда в 1773 году османский султан попросил барона де Тотта изготовить пушки для фортов Дарданелл, барон использовал статью «Энциклопедии» о пушках как одно из своих постоянных руководств.67
