Мокрозадый гуманоид словно чувствовал готовящийся подвох и усилия свои утроил. Каждый раз, когда казалось, что выдирать и ломать — а, соответственно, расшвыривать было уже нечего, надежды их рушились — причем с грохотом и на головы. Поэтому септограмма была начерчена только с седьмой попытки. Размечена надлежащими символами — с девятой. Минимально необходимые компоненты были набраны волшебниками и торговкой, временно переквалифицировавшимися в мусорщиков-экстремалов, вокруг: веревки, гвозди, куски дерева, кожи, ткани, жира (подошла смазка с блоков снастей)…
Тем временем чудо морское, изображавшее десятиногого осьминога, наловчилось управляться с излишними ногами, и в бой с Великом вступили уже четыре конечности. Приблизительно столько же начали осмысленно шарить по палубе в поисках чего-нибудь более съедобного, нежели веревки и доски. Пару раз щупальца пытались забраться через люк на палубу гребцов, но запутывались на первой же лестнице и ретировались под ударами обломков весел.
— Каменный Великан, охраняй нас! — выкрикнул Анчар перед тем, как занять свое место в септограмме лицом к юному магу.
Голем, не говоря ни слова, увернулся от подкрадывавшегося сзади щупальца с куском реи, огрел его по самому кончику, и попятился к волшебникам.
— Главное — вытащить его из воды… а там мы еще посмотрим, кто кого… — пробормотал Агафон, положил руки на плечи коллеге и прикрыл глаза. — Ну… Поплыли.
В унисон, негромко, почти неслышно из-за стука и грохота, зазвучали слова заклинания. Письмена на палубе засветились травянисто-зеленым, воздух вокруг заискрился и задрожал, словно над раскаленной плитой, стал плотнее…
— Отец?.. — прозвучало вдруг совсем рядом — точно пронесся обеспокоенный камнепад.
Анчар раздраженно буркнул: «Отстань»… и замер.
Источник голоса находился метрах в пяти над ними.
Он открыл глаза, вскинул голову…
Словно каменный ангел-хранитель, голем висел почти в трех метрах над палубой и сражался с тройкой щупалец, вооруженных обломками балок. И согласно законам физики, каждый удар смещал тело, не имеющее опоры, кроме смеси газов и магии, в направлении удара.
То есть, к ним.
— Реверс!!! — пальцы атлана судорожно впились в плечи Агафона. — Реверс осторожно!!!
— Что?.. — недоуменно моргнул чародей, выныривая из транса — и в тот же миг полутонная каменная глыба обрушилась на палубу в полуметре от него.
— К-кабуча!!! — враз осипнув, выдавил парень. — Что за?!..
— Избыточные данные для фокуса?! — голос партнера брызгал кипящей кислотой.
— А-а-а… э-э-э… Г-говорят… ф-фундан…м-ментальная… м-магия — узко…пиццы… ализированная об-бласть… — покраснел и втянул в плечи голову юный маг.
— Двоечник!
Наложение впопыхах исправленного заклятья завершилось попыткой поднять Оламайд.
Третья редакция левитировала весь не сброшенный за борт мусор.
Четвертая попыталась выдрать мачты с корнем.
При пятой от напряжения искры посыпались уже не только над септограммой, но и с кончиков волос и пальцев чародеев, закружилась голова, кровь лихорадочно застучала в висках и запульсировала в глазных яблоках…
«А… где?..» — почувствовав странную перемену в уровне шума, а самое главное — пропажу качки, Агафон рискнул слегка приподнять одно веко.
И впервые в жизни понял, что значит выражение «небо становится ближе».
Береговая линия пропала, словно ее и не было никогда, море куда-то подевалось тоже, а вокруг с истеричными криками метались чайки.
Причем «вокруг» в их случае означало справа, слева, сверху — и снизу.
«А где?..»
Голем и Оламайд сосредоточенно на что-то смотрели у края борта.
Может, на присосавшийся к нему кончик щупальца.
Агафон представил, как чудовище, вцепившись в обломки фальшборта, висело сейчас под днищем галеры, словно уродливая люстра — и прыснул.
Концентрация, и без того уже не слишком концентрированная от усталости и нервного напряжения, ослабела, обводы септограммы пыхнули алым, испепеляя артефакты, рассеивая искры по палубе, галера покачнулась… и палуба ушла из-под ног.
Встретились они снова лишь двумя десятками метров ниже.
Оглушенные маги под аккомпанемент сакраментального «Кабуча» повалились кучей, стирая и гася остатки септограммы, Оламайд с воплем приземлилась в надежные, хоть и не слишком мягки объятья Велика, с палубы гребцов донесся стук и крик… И только контуженное чудище тихо разжало хватку — одно щупальце за другим — и стало погружаться в море.
— Голем!!! Держи его!!! Хватай!!! Уйдет!!! — очнувшись первым, заорал Агафон. — Вытягивай на палубу гада!!!
Отложив торговку, Велик послушно ухватил ближайшее щупальце, последнее, не успевшее отцепиться, и что было сил дернул на себя.
Сил у него было изрядно. Туша подалась и поползла из воды.
— Привязывай щупальца к мачте! — прокричал Агафон.
— Привязывать? — озадаченно переспросил голем.
— Да, кабуча тебя раздери!!! Привязывай!!! — гаркнул парень и лихорадочно заметался по сторонам в поисках снастей достаточной длины.
Каменный Великан пожал плечами, рванул еще, дотащил обмякшее щупальце до мачты — и завязал на два узла.
— Так. Сойдет?
