За спиной мужланки возник силуэт. Фигура на пороге, цепляющаяся рукой за косяк двери, ведущей в фотомастерскую… В сумраке Катя не смогла разглядеть лица. Зато увидела другое – закатный луч, пробившийся сквозь жалюзи, высветил на фоне дверного косяка женскую руку, кисть, похожую видом на клешню насекомого. На кисти имелось лишь два пальца – мизинец и большой. От прочих остались обрубки первой фаланги.
– Мы в самоизоляции, – объявила Эльга и с грохотом захлопнула стальную дверь фотосалона, едва не прищемив капитану Блистанову нос.
Гектор сразу повернул к машине, открыл багажник, расстегнул молнию армейского баула и вынул что-то из кармашка, затем достал ноутбук, водрузил его на баул. Закрывая багажник, он нагнулся, словно проверяя колесо, и прилепил маленький черный предмет к столбу металлической ограды газона прямо напротив двери фотосалона. Когда они вырулили со стоянки, он проделал то же самое на выезде на Ленинский проспект – прикрепил нечто к фонарному столбу у самой дороги.
– Беспроводные камеры на магните, вожу с собой с момента, как мы побывали в доме чудес в Полосатове. Вот и пригодились, – пояснил он Кате, открывая ноутбук и настраивая программу. – Солгала нам тетка насчет карантина. Отшила, как и прочие. Но здесь ситуация иная – от нее травой за версту несет. Канабисом.
– Я почувствовала запах, но про марихуану как-то не подумала. – Катя наблюдала, как он работает с программой камер слежения. Кого-кого, а уж Гектора такому учить не надо!
– Ни разу не пробовали травку? – Он подмигнул ей. – Могу лишь сказать – мо-ло-дец! Насчет хмурой бабы – судя по всему, она и есть та подруга, которая устроила хайп на похоронах. Ее Эльга зовут – а фирма их «ИраЭль», они компаньонки. Мы, конечно, можем поцеловать замок их двери и ретироваться, но я что-то не хочу. А если мы немножко подождем, погуляем, воздухом в Нескучном саду подышим, поужинаем, наконец, на природе? Где травка, обычно там и все остальное. Учитывая следы кокса в крови Лифарь… А дело у нас к вечеру. За наркотой люд обычно к ночи отправляется, как в сказке –
Тот сразу вперился в комп, словно в новую игрушку, цокал языком восхищенно.
Гектор нажал на газ – визг тормозов. Они рванули с места. Куда?
А в фотосалоне «ИраЭль» беспалая женщина Ирина Лифарь, шаркая шлепанцами по бетонному полу лофта, где в свете софитов проводились фотосессии в декорациях, добрела до кожаного дивана и рухнула на него ничком.
Вспомнила, как все это: любовь, страсть, кошмар, страх, боль – вошло в ее жизнь.
Для страсти не нужны месяцы и годы, не нужны порой и дни. Страсть вспыхивает разом, в единый миг, рожденная взглядом и трепетом плоти. Она разрушает не только прошлое, но и будущее. А любовь, помешанная на страсти, становится наваждением и болезнью – мучительной, сладкой, испепеляющей, гибельной… Любовь властно стучится в сердце, где до этого гнездились лишь одиночество, апатия, усталость и безразличие. В душу, где царил кокаин… Из какого сора порой вырастает любовь, страсть? Из ошметков прошлой жизни, болезненного опыта, цинизма, злости, наркотиков, отрешенности, пустоты… И подобно пламени, любовь сжигает обрывки прошлого, однако не дарит взамен радости, не несет новый свет жизни и счастья, а превращается в угли, что жгут и тело, и дух… А потом становится пеплом…
Ирина Лифарь, скорчившись на диване, засунув в рот покалеченную руку, чтобы не выть, не рыдать, не кричать от горя, вспоминала страсть и кошмар всей своей жизни – парня по имени Даниил.
Параллельная реальность – за окнами фотосалона осень, сладкий ноябрь. Они с Даниилом в этом самом зале стоят друг против друга. Его мать Регина переодевается в фотогримерке. Костюмная фотосессия, где она предстала перед камерой в образе одалиски с попугаем, только что завершена. Софиты погашены. В руках Даниила клетка, и попугай в ней качается на качелях, издавая пронзительные злые крики.
В четвертый раз она встречается с Даниилом. Он каждый раз приезжает с матерью, играет при ней роль шофера. Первая встреча – обычная, клиентская: Регина узнала об их фотосалоне в «Инстаграме». Ей надо сделать две хорошие фотографии для календаря РЖД, такой у них «стрим» в компании – лучших сотрудников на глянцевую обложку. Вместе они тогда сразу отправились выбирать городскую натуру – остановились на небоскребах Сити и высотке на Красных Воротах в качестве фона.
Две фотосессии прошли в течение недели. Все это время она, Ирина Лифарь, видела, как Даниил… как он меняется, как он смотрит на нее. Не отрывает глаз…
Светловолосый принц из «Дюны». Так она обозначила его для себя сначала. В свои двадцать шесть он выглядел совсем юным.
