Этот договор не слишком-то устроил испанские кортесы, однако он нисколько не охладил интерес Испании к Ост-Индии и Филиппинам. Поэтому в обществе продолжались разговоры и фантазирование на эту тему, что, в свою очередь, стимулировало искателей приключений. Так, в 1540-х годах поистине неутомимый и почти (казалось) бессмертный воин Педро де Альварадо, удостоенный прозвища «Сын солнца» после покорения Новой Испании, стал собирать флот, целью похода которого было посетить и, возможно, завоевать некоторые из Западных островов. Альварадо соглашался оставить Острова пряностей (Молуккские) за Португалией, по договору 1529 года, но утверждал, что договор не затрагивает другие острова, открытые Магелланом. Антонио де Мендоса, дальновидный вице-король Новой Испании, который, быть может, и сам размышлял над отправлением подобной экспедиции в своем дворце в Мешико, заинтересовался этой идеей. Флот предполагалось разбить на две эскадры, северную под командованием Хуана Родригеса Кабрильо и южную под командованием Руя Лопеса де Вильялобоса, приходившегося, по всей видимости, двоюродным братом вице-королю Мендосе‹‹626››. В плавание собирались отправить 13 кораблей, и флотилия подобных размеров еще не выходила в Тихий океан. Родригес Кабрильо, опытный мореход, был португальцем по происхождению и побывал ранее в Новом Свете — с Педро де Альварадо на Кубе, а затем с Панфило де Нарваэсом в Новой Испании. Позже он служил советником в Гватемале при Альварадо.
Другой командир, Лопес де Вильялобос, был уроженцем Малаги, и его семья принадлежала к ближайшему окружению католического монарха Фердинанда. По характеру он был скорее человеком пера, нежели меча, и приходился шурином вице-королю Мендосы. В его распоряжение выделялось шесть кораблей.
Альварадо полагался пост главнокомандующего. Ведь столь великий человек вряд ли довольствовался бы меньшим. Но восстание индейцев-чичимеков в центральной Новой Испании заставило отложить экспедицию. Альварадо ощутил себя обязанным вернуться в Новую Испанию в 1540 году и попытаться спасти вице-королевство. Однако, о чем следует напомнить‹‹627››, в июле 1541 года его лошадь оступилась под дождем близ Гвадалахары, он упал и сильно пострадал, а спустя несколько дней умер.
Итак, экспедицию в Ост-Индию отложили, но окончательно от нее не отказались. Лопес де Вильялобос тронулся в путь с шестью кораблями и экипажем в 370 человек в ноябре 1542 года. Среди его капитанов были те, кому предстояло прославиться в скором времени, — например, Хинес де Мафра, штурман Магеллана; Гвидо де Лавесарис («Лабосарес» в хронике Сантиэстебана), сын генуэзского книготорговца, проживавший в Севилье, впоследствии губернатор Филиппин; и монах-августинец Херонимо де Сантиэстебан, главный хронист похода‹‹628››.
Вильялобосу понадобилось три месяца на то, чтобы пересечь Тихий океан. Его корабли сначала достигли группы островов, которые он назвал Ревильяхихедо, должно быть, в честь астурийского аристократа того же имени, вложившего свои средства в экспедицию. Далее были Коралловые острова, Маршалловы острова, Мателотовы (Каролинские) острова и Палау.
Штурман Гаспар Рико проложил курс, позволивший обнаружить остров Таонгин. Затем Лопес де Вильялобос обнаружил большой филиппинский остров Минданао и остров Сан-Антонио, ранее известный туземцам как Сарангани, на южном конце архипелага. Повсюду во множестве отыскивались свидетельства обширных торговых контактов с Китаем. Основная часть экспедиции позднее двинулась на юг, к Молуккским островам, но один из друзей Вильялобоса, Бернардо де ла Торре, поплыл на север и открыл вулканические острова Океании. Иньиго Ортис де Ретес, баскский дворянин и главный судья флота, ушел с Гаспаром Рико на галеоне «Сан-Хуан» в плавание вдоль северного побережья Новой Гвинеи, большого острова, найденного в 1528 году Алонсо де Сааведрой, двоюродным братом Кортеса. «Сан-Хуан» пытался вернуться в Новую Испанию, но сильно пострадал от шторма и потому направился в Тидору на Молуккских островах.
Проведя на Филиппинах и в окрестностях несколько месяцев, Лопес де Вильялобос достиг разумного, но довольно унизительного соглашения с португальцами. Сто сорок три моряка, оставшиеся в живых с начала экспедиции в прошлом году, отправились домой в Испанию (не в Новую Испанию, а в Европу) на португальских кораблях. Они взошли на борт в Тернате на Молуккских островах в феврале 1546 года. Сам же Лопес де Вильялобос так и не вернулся ни в старый, ни в новый дом: он умер в Амбоине (Амбон) на Молуккских островах, и его последние дни были скрашены заботами великого миссионера-иезуита святого Франциска Ксаверия. Один из его штурманов, августинец Андрес де Урданета, после многих приключений в Тихом океане добрался в 1563 году до Новой Испании.
