Зато в последние годы Аннета особенно много рассказывала о деде Никандре. И даже то, о чем стоило помолчать. Она призналась Эрвину, что его дед действительно был дверником, но что он делал, она толком не знала. Иногда дед исчезал на длительное время, потом снова появлялся. Бабушка говорила всем, что ее муж — торговец.
Чем он торговал, она не объясняла, хотя иногда у них в доме обнаруживались занятные вещицы. Так было и с часами деда, которые тот любил и берег. Но больше всего он дорожил связкой ключей, которую тщательно скрывал от посторонних глаз. Он хранил ее на полке вместе со столярным инструментом на дне банки с гвоздями.
Бабушка передала Эрвину скупые рассказы деда о том, что есть миры, которые недоступны простому человеку, но, когда есть ключи, дверь не ломают. Дед никому не сделал зла, зависть, злоба были чужды ему. Дед говорил бабушке, что у равномеров они в безопасности, что это именно то место, которое им нужно. Всё это было так до того момента, как Авивия вышла замуж за выходца из знатной семьи. Избранник дочери понравился Никандру, но тем не менее Никандр нашел уважительную причину, чтобы не ехать на свадьбу дочери в Чернорай, на родину жениха. Никандр предчувствовал неладное. Бабка Аннета не стала возражать мужу, она никогда не спорила, полагая, что он видит гораздо больше, чем простые смертные.
После отъезда дочери Никандр отчего-то забеспокоился, перепрятал несколько раз ключи, никак не находя нужного места. Выдолбил полено, показал его жене и дал подробные наставления, что делать на случай непредвиденной ситуации. А потом исчез. Никандра не было всего несколько дней, он вернулся разбитый, больной, с рваными ранами на ноге. Аннета обработала раны, они были похожи на укусы собаки. Муж, как всегда, ничего не объяснил. Он понемногу начал выздоравливать, раны затянулись, горячка прошла, и в этот момент в дом нагрянули гвардейцы.
Всё, что успела сделать Аннета, — это спрятать в полено часы. Все остальные вещи деда, в том числе и связку ключей, нашли и забрали, как забрали и мужа. Аннета почти месяц провела затворницей, соседи боялись к ней ходить. За домом была установлена слежка. А вскоре приехала Авивия, беременная и несчастная.
Хотя роды прошли тяжело, на свет появился здоровенький мальчик, которого назвали Эрвином. Аннета, постоянно ездившая в Энобус, чтобы узнать о судьбе деда, предложила дочери переехать туда. Во-первых, они смогут помочь Никандру, во-вторых, в Энобусе их никто не знает, город большой, им легче там будет затеряться, оставив прошлое позади. Авивия не стала спорить с матерью, они, собрав нехитрые пожитки, уехали из дома, в котором прожили много лет, с которым были связаны ее детство и молодость.
Эрвин любил Межгорье, любил его жителей-равномеров. Сколько раз он уезжал и приезжал сюда. Он считал этот город родным, но жизнь равномеров ему казалась скучной. Он не мог здесь долго находиться. Эрвина манили неизведанные места, невероятные приключения, а в Межгорье было хорошо отдышаться, отдохнуть, успокоиться после головокружительных поворотов судьбы.
Именно сюда и держал сейчас курс Горыныч. Он энергично махал крыльями, бодро следуя знакомым маршрутом. На небе без единой тучки сияло солнце, день обещал быть теплым и безветренным. Но Соня не замечала ласковых лучей раннего солнышка. Сидя позади Эрвина, она грустила: ей самой хотелось управлять Горынычем. Девушка вздохнула, Эрвин всё лучше летал. Он не отдаст ей Горыныча. От этой мысли Соня совсем повесила нос. Теперь у нее не будет собственного дракона. Горыныч — дракон Эрвина, о чем он ей не раз говорил.
Юноша, привстав в стременах, закрутил головой.
— В избушку нельзя! — крикнул он и направил дракона вниз. — Надо всё разведать.
Они приземлились на незнакомой поляне.
— Отсюда довольно далеко до домика, — сказал Эрвин, — я прогуляюсь туда один. А вы ждите здесь. Если не появлюсь к вечеру, улетайте.
Соню сразу затрясло от этих слов. Как же она не любила ждать, просто ненавидела ожидание.
— Эрвин, пожалуйста, пожалуйста, пойдем вместе. Я не могу оставаться одна. Я не хочу! — Соня кусала губы от волнения, голос ее срывался.
Эрвин опустил глаза. Как он мог отказать ей?
Двое странников осторожно пробирались через лес, дракон тащился за ними, переваливаясь сбоку на бок на своих коротких когтистых лапах. Такое передвижение ему не нравилось, он пыхтел, сопел, крякал, всем видом демонстрируя неудовольствие. Совсем стемнело, когда они приблизились к лесному домику. Вокруг тихо, щебет птиц затих с вечерней зарей, им на смену пришли цикады.
Эрвин пробрался к опушке, притаился в траве за цветущим кустом шиповника. Белые цветы благоухали тонким ароматом, погружая сознание в приятную дремоту. Эрвин тряхнул головой, отгоняя сон. Ничего подозрительного не было. Юноша подкрался поближе к домику: если в нем кто-то есть, значит, может появиться огонек. Дом стоял притихший, безглазый.
