И время пришло. Отдохнул Седьмой кадровый полк, где служил Джуро, и пришел приказ двинуться к склонам Сувобора — в решительный бой. Просит Джуро увольнительную на один час и снова приходит во временную тюрьму при комендатуре Ниша. Просит он начальников, говорит: „Время пришло. Мы идем в бой на Сувобор. Отпустите моего брата, чтобы мы могли воевать вместе, а если надо — вместе погибнуть за Сербию“. Однако офицеры остаются непреклонными. Говорят: „Данные на Янко еще не пришли“. Тогда Джуро просит дать ему возможность увидеться с братом. Они разрешили, и Джуро, опустив глаза, вошел в камеру, пропитанную запахом мочи, уборной там не было. Ему стало тошно. В глазах у него потемнело. Обнял он брата, повернул к себе спиной и вытащил ручную гранату. Говорит: „Видите, документы на Янко пришли, выпускайте брата“.
Увидев гранату, все попрятались, а братья по тем же самым улицам, по которым шли с песней две недели назад в окружении радующихся людей, пошли на железнодорожную станцию Ниша, откуда отправлялись поезда. В этот раз на перроне не было нашего неутомимого премьер-министра, иначе — я уверена — проблема была бы немедленно решена. А так Джуро и Янко прибыли в сопровождении взвода военной полиции, который дожидался момента, чтобы их убить. И уничтожили бы их как дезертиров, если бы на их сторону не встали четники майора Шарца, оказавшиеся на перроне. Горячие они всегда были, да и слышали, что случилось с двумя братьями из Срема, сразу же их узнали и окружили с криками: „Головы положим, а Танкосичей не отдадим!“ Военная полиция поняла, что может произойти вооруженная стычка, а вокруг много штатских, и отступила.
Братья вошли в вагон с мрачными лицами. Джуро с трудом вставил обратно чеку в свою гранату, а его командир, капитан первой роты, сказал, что сейчас они отправляются в бой, а когда вернутся, их обоих будут судить. Братья переглянулись, решив, что под суд не пойдут. Как вечером 3 декабря произошел первый бой на Дубравах под Сувобором, оба Танкосича пали во время безумной атаки, погибли на бегу. Так закончилась для них Великая война.
Я не знаю, что добавить к этой истории, но публикацией этой статьи предлагаю высокому командованию не судить Танкосичей после их гибели, а наградить и, когда эта Великая война закончится, отослать сербские медали „За храбрость“ их бедной матери в Срем».
