– На этом острове, – думал Остап, – остается частица и моей жизни, – два месяца, проведенные среди этих чистосердечных людей, навсегда оставили след в моем серце; здесь остались и мои незабвенные спутники по волнам жизни. Неоднозначные события объединяли меня с этими, по-своему необыкновенными людьми: взять Воробьянинова Ипполита Матвеевича, Кису, – личность одиозная, поистине, осколок старого мира, причем не лучшая его часть, но почему-то прикипело сердце е этому вздорному старику, который совершенно неожиданно нашел себя в этом «затерянном мире», и покой, кажется, поселились в его ожесточенном, затравленном сердце. А как сложиться на острове твоя судьба, ветреный сын лейтенанта Шмидта Шура Балаганов? Умиротвориться ли твоя беспокойная натура возле неожиданной избранницы? А что будет дальше со святым отцом Федором Востриковым? Вернулась ли его душа в лоно православной церкви. Кто знает!?
Так думал Остап Бендер, стоя у рулевого весла, – южный ветер наполнял паруса живой силой и плот быстро двигался на Север, к большим караванным морским путям.
Боцман Сухомлин, приложив к глазам морской тридцатикратный бинокль, всматривался в океан. Но океанская гладь до самой линии горизонта была абсолютно чистой, да и взяться здесь судам было неоткуда: до караванных путей ходу на плоту было минимум недели две, да то, при условии, что будет попутный ветер и шторм не собьет плот с намеченного курса. Разве что, могло появиться в этих водах туристическое судно, или научно-исследовательский корабль, – и это было бы большой удачей для двух путешественников, пустившихся в столь опасное путешествие на плоту по норовистым и непредсказуемым водам Атлантики.
Так проходили день за днем…
Путешественники двигались вперед, а Атлантический океан способствовал им в этом: ветер дул в нужном направлении, небольшие волны плавно качали плот и катили его навстречу цивилизации. Еще при постройке плота на острове Спасения, боцман соорудил под навесом очаг для приготовления пищи, использовав для этой цели два больших чугунных котла, оставшихся с потерпевшего крушение бразильского судна. Причем, один котел служил собственно очагом, – в нем разводился огонь; другой был подвешен над очагом и в нем готовилась пища. Кроме того, губернатор гостеприимного острова снабдил путешественников нехитрыми рыболовными снастями – это были тонкие, но крепкие длинные шнуры с крупными рыболовными крючками. В первый же день путешествия боцман решил испытать рыболовную снасть: он закрепил шнур на заднем борту плота, нацепил на крючок кусок вяленого мяса и забросил приманку в воду; поклевка ждать долго не заставила, – минут через десять шнур резко дернулся, натянулся и заметался из стороны в сторону. Затем, метрах в тридцати от плота из воды показалась крупная, не менее метра в длину, рыбина и, делая свечу, взлетела в воздух, – это была молодая акула. Надев брезентовые перчатки, боцман взялся за натянутый шнур и принялся осторожно подтягивать акулу к плоту; он понемногу подтягивал шнур, затем опять попускал его, затем снова подтягивал, – это он морил рыбину, таким образом обессиливая ее. Силы постепенно оставляли акулу и она, измотанная борьбой, прекращала сопротивление. Наконец, рыбак подтянул добычу к борту плота и, поддев за жабры кованым крючком, перебросил акулу на дно плота. Боцман умело разделал акулу, порубил тушку на небольшие куски, нанизал их на железные пруты и запек над открытым огнем очага. Из акулы получилось очень вкусное рыбное блюдо, которым путешественники с большим удовольствием поужинали. Вокруг было бесконечное водное пространство, и, сколько ни вглядывался Бендер в далекий горизонт, кроме бесконечного океана он не видел ничего.
Так прошла первая неделя пути. Боцман два раза в сутки сверял курс с картой, компасом и зве здам, и оставался доволен, – плот двигался прямым курсом к караванным путям. Атлантический океан вел себя смирно и волны, поднимаемые легким попутным ветерком, катили плот в нужном направлении.
– Если так пойдет дальше, – говорил Сухомлин, – то дней через десять будем на самом оживленном участке Атлантического океана, встретим пассажирское или грузовое судно, которое примет нас на борт и доставит в ближайший порт.
