Ипполит Матвеевич взялся за написание школьных учебников, – первым делом он решил подготовить для своих учеников учебник русской граматики и правописания, а затем взяться за учебники по математике, чтению, географии и естествознанию. Ежедневно новый учитель проводил по четыре урока длительностью около одного часа, а затем отпускал детей по домам. Всего в школе было тридцать восемь учеников в возрасте от шести до двенадцати лет: двадцать три девочки и пятнадцать мальчиков. После уроков бывший предводитель оставался в школе и, с большим трудом вспоминая свои гимназические годы и уроки, составлял учебник русской грамматики для учеников необыкновенной школы. Вся школа состояла из одного большого класса, кабинета смотрителя, большой кладовой комнаты, где хранились тетради, бумага и другие школьные принадлежности. Еще первый губернатор острова Спасения Иван Петрович Коробов, приставил к школе наставницей учеников по поведению девицу Елизавету, которая ведала и всеми хозяйственными делами. Она выдавала детям тетради, чернильницы и перья, следила за чистотой и порядком, звонила в школьный колокол, готовила еду и кормила детей обедом на большой перемене. Для приготовления пищи на улице была сделана кухня, а к ней примыкал навес, крытый пальмовыми листьями, под которым располагались столы и скамейки, – это была школьная столовая. Сейчас девице Елизавете было лет под сорок, – была она высокая и дородная, носила длинные черные распущенные волосы, украшенные на затылке большой морской раковиной, а пышный бюст и значительные бедра прикрывали белые повязки. К новому смотрителю школы Елизавета сразу прониклась большим уважением и симпатией; Ипполиту Матвеевичу тоже приглянулась старательная и уважительная помощница. Вскоре, между строгим школьным смотрителем и старательной наставницей, завязались отнюдь не служебные отношения: Елизавета до позднего вечера ждала, когда смотритель окончит свои занятия по составлению учебников, а потом они вместе отправлялись гулять по острову. Сначала эти прогулки оканчивались тем, что Ипполит Матвеевич провожал Елизавету до ее избы, а потом отправлялся к себе домой и ложился спать. Но однажды вечером Елизавета, которая жила одна, пригласила Воробьянинова к себе в гости. Ипполит Матвеевич приглашение принял, а домой в этот вечер так и не вернулся. После этого бывший предводитель, серьезно поразмыслив над своей жизнью, решил сделать Елизавете предложение и навсегда остаться на острове Спасения.
А святой отец Федор Востриков все свое время проводил в церкви Святого Николая, помогая во всех церковных делах отцу Якову, который не мог нарадоваться появлению на острове человека с настоящим семинарским образованием и святым саном. Отец Федор, несмотря на свое длительное отстранение от дел церковных, святого сана лишен не был, а сейчас, чистосердечно покаявшись отцу Якову на исповеди, делами своими доказывал искренность раскаяния. И вскоре отец Яков предложил новому прихожанину стать дьяком церкви Святого Николая. Отец Федор, прослезился и, преклонив колени перед алтарем, дал согласие и поклялся до конца дней своих, не щядя живота своего служить православной церкви на острове Спасения.
Так уж случайно вышло, что в один и тот же вечер и Воробьянинов, и Востриков пришли в избу Бендера и объявили ему о своем решении навсегда остаться на гостеприимном острове.
– Что ж, от добра – добра не ищут! – мудро изрек сын турецкоподданного, выслушав своих сотоварищей по кораблекрушению. – Воистину, – нету худа без добра! А я не могу здесь остаться, мои счастливые друзья, меня ждут на материке срочные дела!
В течении двух месяцев Бендер, боцман Сухомлин и Балаганов от зари до зари сооружали плот. Наконец, все работы были окончены, плот стали готовить к спуску на воду. Сделан он был из трех настилов, с метровыми бортами, брезентовым парусом, большими веслами на уключинах и навесом от непогоды и солнца.
На спуск плота на воду собрались все жители острова. К бортам плота привязали толстые канаты, за концы которых, удерживая плот на стапелях, ухватились по несколько десятков людей. Балаганов выбил клинья из-под нижнего настила и плот потихоньку двинулся по бревнам вниз; нижний ярус настила коснулся воды, и через несколько мгновений плот колыхался на голубых волнах лагуны. По распоряжению губернатора плот загрузили бочками с пресной водой, ящиками с вялеными мясом и рыбой, свежими и сушеными фруктами, мешками со свежим хлебом и сухарями. Погрузкой и крепежом груза на борту руководил боцман; к утру все было готово к отплытию.
Прощаться с Бендером и боцманом Сухомлином собралось все население острова. Губернатор Григорий Коробов вручил боцману морской компас, секстант, навигационные карты, большой восковый фонарь и небольшой медный корабельный колокол. Два юноши несли за губернатором обитый железом морской рундук, на крышке которого были выгравированы перекрещенные якоря и святой крест.
