– Я сопоставил его со старыми выступлениями Муссолини. И, вы знаете, ничего общего. Он никогда не выбирал такую стратегию доводов и аргументации. Тогда меня озарила догадка и я запросил у знакомых стенограммы выступления Фрунзе. Какие имелись. И его публичные статьи. И вы знаете… сомнений у меня не осталось никаких в авторстве того, что нас маленький дуче разместил от своего имени.
– Странно. Перед съездом партии он назвал Российскую Императорскую армию худшей армией Мировой войны. А тут – лучшая среди союзников.
– Он достойный наследник Бисмарка. И говорит каждому то, что тот должен услышать. Внутри страны он занимался борьбой за власть и ему, без всякого сомнения, требовалось напугать этих людей. Чтобы получить большее финансирование и большее влияние. А здесь – усилить эффект от внешнеполитических требований. И выставить Россию – страной, которая вынесла на себя основную тяжесть войны, но обманом лишенной своей доли от победы.
– А на самом деле?
– Бог весть. Мне кажется, что Михаил Васильевич в обоих случаях не лукавил. Немцы, если бы Россия не выступила в союзе с Францией, разбили бы ее в пух и прах. Повторив успех 1870–1871 годов. И никто не знает, чем бы это закончилось. Так что лишать Россию доли – наглость и кощунство. И тут он, без всякого сомнения, прав. Равно как и в том, что наши воины не слишком блистали на полях сражений. Да, храбрые. Но…
– Им не хватало боеприпасов.
– И это тоже. Но как объяснить катастрофу 1914 года? Когда они были разбиты совершенно дурным образом в Пруссии? А 1916 год с его Великим Брусиловским прорывом? Который, как я слышал, не Брусиловский, не прорыв и в целом не имел никакого стратегического значения.
– И поэтому он начал делать все эти «водопроводные трубы»? – скривившись фыркнул Александр Михайлович.
– У меня есть надежный человек там, – мотнул он головой. – И вот он – принимал участие в государственных испытаниях карабина. Лично из него стрелял. И он уверял меня в письме, что карабин честно прошел весь комплекс испытаний и принят на вооружение по праву. На дистанциях до пятисот метров он на голову превосходит нашу старую-добрую винтовку.
– Серьезно? – с нескрываемым скепсисом переспросил Сандро.
– У меня нет оснований считать, что этот человек меня обманывает. Во всяком случае везде, где я мог его проверить, он оказывался правдив.
– А этот ужасный Шоша?
– Новый пулемет только основан на пулемете Шоша. И да, он тоже прошел полный цикл испытаний. И на дистанциях до пятисот метров неплох. Стоит как влитой при стрельбе, больше не прыгая. И почти не имеет задержек. А учитывая, что он, как и тот «водопроводный» карабин крайне дешевы – это аргумент.
– Мне во все это как-то не верится.
– Практика – единственный критерий истины. Фрунзе сам об этом регулярно говорит. Поэтому нам остается только подождать первой войны, в которой эти «водопроводные трубы» будут использоваться. И посмотреть на то, как они себя там покажут.
– Война… мне кажется она в ближайшие годы не возможна.
– Большая – да. Но локальные конфликты неизбежны. Во всяком случае теперь, после провокации Фрунзе. Или вы думаете, что англичане это оставят без ответа?
– Польша?
– Без всякого сомнения. Сейчас в определенных кругах бытует мнение, что если немного помочь Польше современными видами вооружений, то она легко раздавит Союз. Так что, могу делать ставки, что в ближайшие год-два поляки что-нибудь предпримут, дабы забрать себе Белоруссию и Украину. В той или иной форме.
– Им мало этих повстанцев, что у них злодействуют?
– Повстанцы сильны тылами. А кто их поддерживает? СССР и Германия. Причем, как мне шепнули на ушко, их базы отдыха и подготовки находятся именно что у Советов. Так что занятие всей Украины позволило бы решить этот вопрос.
– Возрождение Речи Посполитой? Я слышал об их проектах. Но как по мне – все это чушь.
– В Лондоне так не считают. Да и в руководящих кругах Франции. Нынешнее стремительное сближение СССР и Германии выглядит очень угрожающе. Поэтому между ними нужна крепкая прокладка, способна отгородить их друг от друга. И такая химера вполне устраивает многих. В том числе и из-за своей рыхлости. Так что, когда в ней отпадет надобность – ее можно раздробить на маленькие гордые и независимые государства.
– Ну… даже не знаю. Оценки слишком оптимистичны.
– Если Польша нанесет военное поражение СССР, то вполне реальны. Армия советов сейчас мала как никогда. Идет ее модернизация и обновление. Много недовольных. В общем – если не в ближайшее время нападать, то потом будет поздно. Поэтому я к этим слухам отношусь очень серьезно.
– Вы думаете справятся?
– Вот и посмотрим. Признаться, я сам путаюсь в ожиданиях. Слишком противоречивые сведения до меня доходят. Кто-то хвалит реформы Фрунзе. Кто-то считает, что таким образом он разрушает победоносную армию. Кто-то открыто называет его дураком и прожектером. Ясности нет. Идея же по сути профессиональной армии, которую он создает в Союзе, популярна и во Франции. Так что… – развел руками Гучков.
– Вы, я смотрю, больше не ждете военного переворота.
