Дьяна была полна решимости не поддаваться безумию. Она должна была остаться сильной ради Шани — встретиться с Бьяджио на его острове и каким-то образом отнять у него дочь. И для этого ей понадобится вся сила ее разума. Бьяджио хитрый дьявол. Ричиус утверждал, что он — непревзойденный тактик. И если она хочет помериться с ним умом, этот ум нужно сохранить в целости. Она ухватилась за одеяло, стиснула его обеими руками и стала вспоминать лицо Ричиуса. Как это ни странно, оно стало блекнуть в ее памяти. И Шани тоже. Это пугало.
«Думай! — приказала себе Дьяна. — Не позволяй себе впадать в отчаяние. Ищи выход».
Она находится на корабле, плывущем к Кроуту. Даже если бы ей удалось выбраться из заточения, вокруг только открытое море. И если она попытается убежать, ее могут наказать. Донхедрис полон похоти, но его напарник Малтрак, невысокий и смуглый, превосходит его жестокостью. Иногда, принося ей еду, он едко улыбается, наслаждаясь ее страхом. Но уж таковы Рошанны. Ричиус был прав. Они — псы. Как Симон. Она вырвет у него сердце, когда найдет этого негодяя.
Рядом с камерой зазвучали гулкие шаги. Дьяна села, со страхом ожидая вторжения. Щелкнул замок на двери трюма, лязгнули цепи. Она инстинктивно заслонила глаза, защищая их от боли, которую принесет с собой свет. Дверь со скрипом открылась. Поток болезненного света заслонили собой два силуэта. Дьяна поморщилась и отвернулась: она уже узнала обоих пришедших. Как всегда, Малтрак вошел первым, Донхедрис — сразу за ним.
— Ах, какая чудесная вонь! — захихикал Малтрак. Он оставил дверь открытой и остановился в полосе света, нависая над Дьяной. — Девка! Смотри на меня, девка, я к тебе обращаюсь.
Дьяна попыталась посмотреть на него сквозь раздвинутые пальцы. Глаза у нее начали слезиться от света. Она думала, что сейчас ночь, но пробивавшийся сквозь иллюминаторы солнечный свет сказал ей, что наступило утро. Или, может быть, день. Она действительно потеряла счет времени.
Малтрак улыбался, блестя острыми зубами. Донхедрис дышал через открытый рот. Дьяна презрительно им улыбнулась.
— Что вам еще нужно? — огрызнулась она.
— Вставай! — приказал Малтрак. — Пора идти.
— Идти? Куда идти?
— Увидишь.
Малтрак посторонился, пропуская Донхедриса в трюм. Дьяна поспешно отпрянула, отодвинувшись к самой стенке, но Донхедрис поймал ее и поднял с пола. Волна слабости накатила на нее, грозя отключить сознание. Она была слишком слаба, чтобы сопротивляться, но все равно впилась ногтями ему в руки, царапая голую кожу. Донхедрис досадливо заворчал и резко ее встряхнул. При этом он сжал ее так сильно, что у нее перехватило дыхание.
— Куда вы меня ведете? — воскликнула она. — Говорите, подонки!
— Господи, ну и язва! — заметил Малтрак.
Он повернулся и вышел из трюма, жестом приказав Донхедрису идти следом. Донхедрис взвалил Дьяну себе на плечо и последовал за своим напарником. Яркий свет впился Дьяне в глаза, выбив из них потоки слез. Она яростно их вытирала, пытаясь разглядеть, куда ее несут. Слышно было, как Малтрак быстро поднимается вверх по трапу, потом Донхедрис наклонился, подныривая под балку. Положив свою мясистую лапу Дьяне на голову, он заставил пригнуться и ее.
Они поднимались наверх, сначала на одну палубу, потом на следующую. Дьяна слышала голоса, ясный шум волн. Свежий воздух пах солью. К ней почти вернулось зрение, но в глазах еще стоял туман. Первое, что она ясно разглядела, была широкая спина Донхедриса. Его руки охватывали ее талию, словно кольца удава, не давая дышать. Еще один подъем — и порыв холодного ветра рванул на ней лохмотья. На нее лился солнечный свет, теплый и жестокий.
— Отпусти ее! — приказал Малтрак.
Донхедрис наклонился и ослабил свою хватку. Дьяна упала на палубу. Она сидела на досках, тряся головой и щурясь. Вокруг нее стояли какие-то мужчины — матросы, как те, которых она видела, когда ее привезли на корабль. Их темные силуэты теснились, надвигаясь на нее. Она с трудом поднялась на колени, потом — на ноги, раскачиваясь вместе с креном корабля. Малтрак схватил ее за волосы и заставил поднять голову.
— Смотри! — приказал он.
Он указал через борт. Глаза Дьяны привыкли к солнцу — и она различила вдали все увеличивающуюся в размерах землю, остров, плавающий в безбрежном синем море. Вокруг острова стояли корабли — огромные черные суда с высокими мачтами, полными шелковистых парусов.
— Кроут, — объявил Малтрак. — Твой новый дом.
