Свет, горевший в зеленых глазах Эрис, замерцал — и погас. Ее рот изумленно приоткрылся, но из него не вырвалось ни звука — только долгий вздох ужаса.
— Это правда, Эрис, — повторила Дьяна. — Вот почему я здесь. Я поехала искать Симона и мою дочь, и меня поймали другие люди, которых прислали с Симоном. Я не знаю, где сейчас Симон. Я не знаю, где моя малышка. Но когда я его найду, я его убью. Клянусь!
— Нет! — сказала Эрис, отчаянно мотая головой. — Это невозможно. Симон никогда бы такое не сделал! Я знаю, что не сделал бы!
— Ты ошибаешься, — безжалостно заявила Дьяна. — Он это сделал. Он очаровательный человек, твой возлюбленный. Он всех нас провел. Он заставил нас полюбить его и внушил нам, будто он нас полюбил. А потом украл нашу малышку. Может, он и тебя обманул тоже.
— Нет! — воскликнула Эрис. Она закрыла ладонями лицо, не желая слушать слова Дьяны. — Ты лжешь. Ты ненавидишь Симона из-за Бьяджио. Но он не такой. Он добрый!
— С тобой он, может, и добрый, — ответила Дьяна. — Но к нам он был невероятно жесток. — Она подняла мокрую руку и поманила Эрис к себе. — Это правда,
Эрис. Можешь думать про Симона все, что тебе угодно, но я тебя не обманываю. Он украл Шани. А теперь они оба пропали. Если ты потеряла мужчину, то я потеряла дочь.
— О боже! — простонала Эрис. — Это Бьяджио! Он заставил Симона сделать это. Мы собирались пожениться! Бьяджио заставил его ехать, я это знаю!
Эрис гневно разрыдалась. Дьяна положила руку девушке на плечо. Ей хотелось успокоигь рабыню, хотя она и не могла понять почему. Наверное, потому что та была не виновата, ее, как и всех, обманул хитрый агент Бьяджио. Всего за несколько минут между ними возникло странное сродство.
— Возможно, он еще жив, — предположила Дьяна. — И Шани тоже. Мы не имеем права так себя вести, девушка. Не имеем права отчаиваться. Мы должны надеяться.
— Но ты его убьешь! — хлюпнула носом Эрис. — У тебя не получится, но ты попробуешь. Ах, леди, пожалуйста, постарайся понять! Он сделал это ради меня. Это единственное, что могло бы заставить его украсть вашу девочку. Поверь мне: я знаю Симона, как никто. Он не чудовище.
— Эрис…
— Он не такой! — упорствовала Эрис. — Я хочу, чтобы ты это знала.
— Не получится, — ответила Дьяна. Она попыталась убрать руку, но Эрис успела за нее ухватиться.
— Леди Вэнтран, я не думаю, чтобы Симон тебя ненавидел. Или твоего мужа. Он делает то, что ему приказывает господин, вот и все. Если твоя дочка действительно с ним, то я уверена, что она в безопасности.
Дьяне пришлось судорожно сглотнуть, чтобы не разрыдаться. Мысль о том, что Шани может находиться в безжалостных руках Симона, была ей невыносима. Ей отчаянно хотелось поверить Эрис. Она вспомнила те редкие случаи, когда она сталкивалась в Фалиндаре с Симоном. Он всегда был непроницаем, и она гадала, есть ли под этой маской хоть что-то челoвеческое, хоть что-то, что сделало бы его неравнодушным к тому, умрет ли Шани или останется жива. Казалось, Эрис в этом уверена. Дьяне тоже хотелось в это верить.
— Что с твоим господином? — спросила Дьяна. — Он безумен. Я это поняла сразу, как его увидела. А его глаза! Они синие и блестят, как бриллианты. Почему?
Эрис мрачно кивнула.
— Это из-за снадобья. — Она объяснила Дьяне, как Бьяд-жио стал зависеть от состава, который поддерживает в нем жизнь. Они с Симоном считают, что это вещество съело кусок его мозга, сделало его безумным. Дьяна знала о снадобье от Ричиуса, но рассказ девушки и взгляд неестественных глаз Бьяджио поразили ее в самое сердце. Эрис рассказывала это шепотом, боясь, как бы их не услышали. — Он не всегда был такой, — добавила она. — Когда он был моложе, он был нормальный. Но теперь им управляет снадобье. И он так и не оправился после смерти Аркуса.
— Аркус! — простонала Дьяна. — Вот имя, которое я знаю даже слишком хорошо. Твой господин винит в его смерти моего мужа. Я попыталась сказать ему, что он ошибается, но он не желает этого слышать.
— Он никого не слушает, когда речь идет об этом, — согласилась Эрис. — Он все еще оплакивает императора. Старик был ему как отец. Симон говорит, что эта смерть сломала Бьяджио. У него ведь ничего нет, понимаешь? Ни семьи, ни родных. Только Железный круг.
— Железный круг?
— Его подручные, те, кто встал на его сторону против Эррита. — Эрис улыбнулась. — Тебе надо многое узнать, Дьяна Вэнтран. Иначе тебе не понять Бьяджио.
Дьяна кивнула.
— Тогда ты будешь меня учить, Эрис. Чтобы здесь выжить, мне нужно все это знать. Бьяджио намерен везти меня в Нар. Я хочу, чтобы ты рассказала мне все, что знаешь.
По лицу девушки скользнула озорная улыбка.
— Я очень много знаю, — прошептала она и начала рассказывать все, что ей было известно о Бьяджио и его неразделенной любви к Симону.
