Солдаты прямо-таки боготворили своего принца, за то, что он понимал их, и принимал такими, какие они есть. Сразу за городом Базас, они оторвались по полной, предав огню три деревни. Жаль только, что страна, по которой они шли, отличалась большой безлюдностью. Первые отряды собирали все сливки в редких в этой стране деревеньках, силой выбивая из крестьян выкупы.
Уже с пятницы войска находились в состоянии полной боевой готовности, так как принц поднял знамя Святого Георгия и повелел солдатам вооружаться. Робин наконец-то пересел на запасного коня, освобожденного от вьюков с продовольствием. Еда, взятая с собой в дорогу, подходила к концу, и теперь, пропитание предстояло добывать самим у местного населения.
Аруй, первый вражеский город, войска взяли быстрым штурмом. Граф Уорвик приказал атаковать город с ходу, не дожидаясь подхода основных сил. Жители города и гарнизон попытались оказать сопротивление, отчаянно защищая городские укрепления. Храбрые английские лучники быстро подавили французских стрелков, позволив англичанам подобраться вплотную к барьерам. Спешенные рыцари и оруженосцы англичан своими секирами прорубили широкий проход в деревянном укреплении, и в него мощной струей хлынул поток остальных атакующих. Но еще оставались городские стены, они являли собой удручающее зрелище, и представляли слабую защиту от штурма. Вместо мощных каменный стен у города имелись обветшалые земляные насыпи, и наполовину заполненный всяким мусором ров. Граф Уорвик первым ворвался в город, проложив себе путь по трупам отважных защитников вставших у него на пути, он своей секирой разломал строй ощетинившихся копьями пехотинцев. Рядом, на шаг позади графа, неотлучно находился его знаменосец Томас Хэмптон. С боков графа надежно прикрывали его молодые сыновья и зять, показавшие чудеса храбрости и отваги. Защитники города дрогнули, сначала один латник бросил бесполезное копье, за ним бросил оружие второй пехотинец. Вооруженные горожане, видя, малодушие гарнизона, просто бросились в рассыпную. Но все было бесполезно, на их спинах, англичане ворвались в город, убивая всех мужчин на своем пути.
Граф Уорвик, шел напролом, никто и ничто не могли его остановить. Редкие смельчаки, пытались остановить эту ужасную машину убийства. Им не помогла даже отчаянная смелость. Рыцарь, пользуясь своим превосходством в броне, просто хватался одной рукой за вражеское копье, а правой рукой опускал наискосок свою секиру, подрубая лодыжки, отсекая ступни, а то и всю ногу чуть выше колена. Искалеченный противник падал, но граф не останавливаясь, перешагивал через поверженного. Подранка добьют его люди, вооруженные клевцами и мечами.
— Убивайте всех! — граф, залитый кровью с ног до головы, уже с открытым забралом, потрясал окровавленной секирой, только что размозжив голову несчастному буржуа, на коленях умолявшего графа о пощаде.
— Святой Георгий! — казалось, девиз англичан звучал повсюду, воодушевленные солдаты спешили выполнить приказ своего констебля, тем более что в городе их ждала законная добыча.
Сир Ральф, вместе со всеми своими людьми, неотступно следовал за графом, пока атакующая колонна не прошла бедные кварталы. С появлением богатых домов хитрый рыцарь свернул на боковую улочку, мимоходом зарубив двух простых воинов, пытавшихся преградить ему путь. Из окон второго этажа на рыцаря просыпался град камней. Верный оруженосец прикрыл своего господина щитом, попутно взмахнув боевым топором по направлению к двери дома.
Гильом понял приказ без слов, сразу же толкнул в плечо Николаса, скупым жестом передавая приказ. Николас с разбега ударил плечом по двери, но та выдержала удар. Николас ударил еще раз, но с тем же успехом.
Из окна высунулся хозяин дома, наведя арбалет на рыцаря. Короткий болт с толстым наконечником тихо звякнул по железной оковке щита и ушел в сторону, чуть было, не задев ногу молодого слуги рыцаря. Парень естественно испугался. Он пригрозил стрелку кулаком, срывающимся на визг голосом пообещав выпустить тому кишки, своей выходкой вызвав одобрение хозяина.
Дверь с третьего удара чуть поддалась, ее запор не выдержал натиска, после того, как пару раз сир Ральф ударил по двери своей секирой.
