Поднявшись на площадку, Сергей несколькими ударами секиры перерубил пару досок двери. Сеид просунул руку, отодвигая засов. Отворив дверь, они вошли внутрь. В Большом зале замка очень людно. Богатые горожане с семьями нашли тут последнее пристанище. Страх сковал тела людей. Шаги Сергея гулко отдавались в сводах высокого зала. Горожане испуганно жались к стенам, накрывшись с головой плащами. Лишь один старик в богатой одежде, ожидал Сергея, стоя в самом центре зала.
— Вы все умрете, — сказал Сергей глухим голосом.
— Я знаю, — просто ответил старик.
— Вам решать, кто сегодня умрет, а кто нет, — произнес Сергей, глядя старику в глаза.
— Сколько ты хочешь? — дрогнувшим голосом спросил старик.
— Я не торгуюсь, — отрезал Сергей, но предупредил на всякий случай, что бы не было неясностей. — Я могу вывести только три десятка человек, не более. Решайте.
Женщины, услышав слова рыцаря, заголосили в голос.
— Тихо! — властный голос старика остановил начавшуюся истерику.
В установившейся тишине, четко слышны удары по двери. Первый этаж сплошь хозяйственный, двери крепкие, минут пять продержатся. Вторые двери перед широкой лестницей, ведущей в Большой зал, они по идее должны выдержать еще минуты три. Ну и третьи двери на верху, их можно забаррикадировать мебелью, это еще добавит минут пять.
— Живее! — поторопил старика Сергей.
Старик отошел в сторону, вокруг него собрались такие же, как он старики. Женщины и дети в совещании не принимали участия, они истово молились.
Наконец, старики разошлись по сторонам, тыча пальцами в тех, кого они решили спасти. К удивлению Сергея, к нему подходили в основном юноши лет пятнадцати — семнадцати. И только пять молодых девушек получили шанс выжить. Логика горожан уже не удивляла Сергея. Все просто — от каждой семьи отобрали по одному представителю детородного возраста. Маленькие дети обречены — ибо велик шанс, что не доживут до брачного возраста, а род не должен угаснуть. И все-таки Сергею больно было смотреть на малышей, обреченных на смерть.
Тем временем, люди подходили к сарацину и бросали в мешок кошели, кольца, золотые и серебреные цепи и другие украшения. Потом, подходили к молодым людям, в последний раз обнимая родных. Юноши плакали, не стыдясь слез.
— Сеид! — Сергей окликнул сарацина. — Принеси мечи, штук десять.
Сарацин внимательно посмотрел на господина, догадавшись, зачем они понадобились рыцарю. Сергей решился.
Когда вернулся Сеид, первые двери рухнули под ударами топоров захватчиков. Сарацин умудрился проскочить незамеченным мимо них. Никому из солдат и в голову не пришло, что в внутрь здания можно попасть по лестнице, ведущей на второй этаж. Она располагалась с торца здания и с ее площадки по крытой галерее еще можно было попасть на стену.
— Берите мечи, — Сергей кивнул на сваленное, на полу оружие.
Старики быстро разобрали орудия убийства, не задавая лишних вопросов.
— Детей завернуть в шпалеры и на плечи, — распорядился Сеид.
Добро добром, но лишаться военной добычи татарин не собирался.
— Хватайте тюки, сундуки и за мной, — скомандовал татарин, выводя людей из здания. Вел он их кружным путем, через галерею на стену. А там уж бегом до башни. Сеид решил спрятать горожан в башне и выводить их небольшими партиями.
Сергей бросил последний взгляд на стариков, оставшихся в зале. Они решительно выстроились у дверей, уже трещавших от ударов топоров.
— Иди, — старик перекрестил Сергея, держа меч за лезвие, как крест.
Серега развернулся, покидая залу. Он прикрыл за собой дверь, когда гасконцы ворвались внутрь залы. Старые горожане преградили им путь, вступив в смертельную схватку, последнюю в их жизни.
Спустившись во двор, Сергей подошел к Бернару, мирно беседующему с Николя, державшему поводья двух лошадей.
— Живой? — удивился Сергей.
— Ага, — рот оруженосца расплылся в широкой улыбке. — Я на конюшню упал. Мягко.
— Повезло, — равнодушно сказал Сергей, переключая внимание на появившегося во дворе шута.
Сняв с пояса кошель, он решительно направился к нему, на ходу бросая кошель.
— Шут! Мы в расчете! — громко крикнул Сергей.
Шут, резко обернулся, на лету, ловко поймав кошель. Сергей опешил. Это был принц Эдуард!
— Эдуард, — завопил шут, переодетый в свою обычную одежду. — Ой, порезался! — шут продемонстрировал кровь на рукаве и кинжал. Это ты виноват, мой принц. Забрал мой выигрыш, — громко захныкал он.
Сергей смотрел то на принца в доспехах, то на шута в дурацком колпаке, и ничего не понимал. Эдуард подмигнул Сергею, приложив палец к губам. Сергей ошарашено кивнул.
— Я просто возьму свою долю, — Эдуард повернулся к дураку, высыпав на ладонь золотые монеты. — Ты, я вижу, поднял ставки? — принц весело засмеялся.
— Мою долю отдашь продуктами, — эти слова уже предназначались Сергею. Мешки, испачканные мукой красноречиво говорили, что люди Сергея неплохо поживились в пекарне.
— Будет исполнено, мой принц, — Сергей склонил голову.
