— А по какой причине убийца продолжала носить на руке артефакт, когда он уже полностью потерял свои свойства? — спросил коррехидор, которого волновали куда более прозаические вопросы, нежели созидание и разрушение.
— Сперва скажите мне, — прищурился Вакатоши, — данный артефакт использовал человек, лишённый магической одарённости?
— Мы не знаем о магических способностях женщины, убийство которой мы в данный момент расследуем, — ответил коррехидор, — но, полагаю, что чародейкой она не являлась, ведь так? — он вопросительно глянул на Рику.
— Конечно, при вскрытии я смогу провести проверку на следы магический цепей, но судить об их уровне развития будет сложновато. То, что она пользовалась артефактом, наводит скорее на мысль об отсутствии способностей к магии.
— Тогда предположу следующее, — Вакатоши отозвал хомячка и смахнул остатки ритуала в мусорное ведро, — ваш убийца знал, что в его руках имеется смертоносное оружие, но при этом он не имел представления о его истинной природе, то бишь: амулет это или артефакт. Посему после использования продолжал носить браслет в надежде, что он перезарядится. Возможно, опыт использования амулетов сослужил дурную службу.
Они поблагодарили профессора Вакатоши за помощь, пообещали непременно воспользоваться приглашением обращаться за помощью безо всякого стеснения и впредь, после чего вышли в знаменитый парк отделения Прикладной маги.
— Прежде чем идти и предъявлять обвинения жене министра финансов, — невесело проговорил Вилохэд уже в магомобиле, — следует хорошенько всё обдумать. Давайте-ка ещё раз проверим наши выкладки.
И они проверили. Выходило, что сначала госпожа Фань Суён встретилась на приёме в доме Харады с Сюро Санди, бывшим сотрудником артанской разведки, и этот самый сотрудник в иносказательной форме предостерегал делийку от неких опрометчивых действий.
— Постойте, — Рика наморщила лоб, — вы помните, что было перед этим?
— Общение с дядей Джейком слегка расцветило скучный приём.
— Я вспомнила, что прежде господина Сюро делийская красавица беседовала с хозяином дома.
— С Харадой?
— Да, — подтвердила чародейка, — а ещё в конце разговора с Сюро она многозначительно процитировала ему несколько строчек о воспоминаниях, возврат к которым возможен лишь в сердце.
— Как часто былое тайную прелесть в себе скрывает.
Но сколь ни старайся, возврат к нему
Лишь в нашем сердце возможен, — прочитал по памяти Вилохэд.
— Да, очень похоже.
— Стих двадцать седьмой из сборника «Искорки поэзии». Мицу́ра Та́ндо, эпоха Расцветания и Увядания.
— Если Фань Суён процитировала это стихотворение-сожаление, — продолжила рассуждать чародейка, — напрашивается предположение, что в прошлом их с господином Сюро связывали нежные чувства.
— Даже, если у них в прошлом была любовная связь, что — не факт, но и обратное я утверждать не берсь, — покачал головой коррехидор, — само наличие такой связи ещё не является основанием для убийства. Вот интерес госпожи Фань к министру вполне очевиден. Мы сами дважды встретили их, при том, что смущение Харады и его мгновенное исчезновение из кафе было более, чем очевидным. Может, Сюро пытался предостеречь женщину от попыток завести шашни с мужем своей сестры? Это возможно, особенно, если об обращении с мужчинами госпожи Фань ему было известно из собственного печального опыта?
— Почему непременно печального?
— Потому, как Суён носила фамилию Фань, а не Сюро.
— И она убила своего бывшего любовника, чтобы не мешал новому роману? — недоверчиво усмехнулась Рика, — нет. То есть я не возражаю ни против возможной связи, ни против предупреждения. Мне кажется сомнительным повод. Харада — взрослый мужчина, ему под сорок. С чего бы родичу столь ревностно печься о его нравственности? Хотя, за неимением мотива, сойдёт и этот. И как госпожа Фань смогла связать ежевичное вино со своим артефактом?
— На приёме такого размаха, как давали Харады, всегда в изобилии заказывают спиртное, — по своему обыкновению издалека начал Вил, — при этом стараются охватить все предпочтения госей. Я в субботу не обратил внимания на ежевичное вино. Сам его не люблю из-за терпкой сладости, но из этого не следует, что это вино не было заказано. Кстати, мы не спросили у профессора, как устанавливается связь между заклятием и жидкостью, на которое ему предстоит подействовать.
— Чтобы ответить на ваш вопрос довольно и моих скромных познаний, — чародейка победно взглянула на собеседника, — обойдёмся без профессора Вакатоши. Связь чаще всего устанавливается контактным способом, — заявила она и, встретив непонимающий взгляд собеседника, уточнила, — ну, например, всего-то и нужно, как обмакнуть палец в вино жертвы и незаметно провести им по браслету. Просто, доступно, легко выполнимо.
