Велнесс полностью

– Знаете, – сказала Кейт, когда убедилась, что ее мужу больше нечего добавить, – тут очень интересно посмотреть на цифры. Например, учитывая то, что известно о продолжительности жизни в плейстоцене – о показателях смертности от голода, от нападения львов и так далее, – мы подсчитали, что средняя продолжительность отношений у наших предков составляла восемь лет. За всю историю эволюции у мужчин и женщин было всего восемь лет, чтобы встретиться, спариться и вырастить потомство, прежде чем один из них умрет. Так что эволюция запрограммировала нас чувствовать сильную привязанность к партнеру в течение восьми лет, а потом уже как пойдет.

– А что потом? – спросил Джек.

– Мы становимся нетерпеливыми. Нам нужно что-то новое. Знаете, сколько длится среднестатистический брак в Америке?

– Нет, но предположу, что восемь лет.

– Бинго! Мы научились жить в браке в течение примерно восьми лет. Потом мозг задается вопросом: почему я все еще с этим человеком? Мы жаждем перемен.

– Но мы с Элизабет женаты уже больше восьми лет.

– Хорошо. И что произошло через восемь лет?

– Тогда у нас родился Тоби, – ответила Элизабет.

– Ага. А еще через восемь лет?

Джек и Элизабет посмотрели друг на друга, и Элизабет одарила его грустной улыбкой.

– Это как раз сейчас, – сказала она.

Кейт сочувственно пожала плечами: ну естественно, а я что говорила.

– Мы с Кайлом поняли, что не можем изменить природу человека, чтобы приспособиться к представлениям нашей культуры о браке, поэтому решили изменить брак, чтобы приспособить его к природе человека. Мы спим с другими людьми, и мы честны и откровенны друг с другом в этом вопросе.

Джек, конечно, знал, что такие договоренности существуют, но все равно слышать это от пары, с которой Элизабет планировала двойное свидание, было как-то тревожно.

– Да уж, – сказал Джек, – до вашей предыстории нам далеко. Я не привык, чтобы нас так быстро затмевали.

Кейт рассмеялась.

– Знаю, звучит очень круто, но мы живем довольно обычной жизнью. Вот все думают, что у нас оргии каждую ночь, а на самом деле они только по субботам.

– Умеренность, достойная восхищения, – сказал Джек.

– Кстати! Вам стоит прийти!

– На оргию?

– Да! – Кейт снова схватила Джека за колено и наклонилась очень близко. – На самом деле оргия – устаревшее название. Это больше похоже на вечеринку, где отсутствуют некоторые границы. Вам понравится! У нас очень весело, и люди потрясающие. Все проходит в закрытом клубе, элегантно, ненапряжно. Вам не придется делать ничего такого, чего вы не хотите. Просто приходите и посмотрите сами. Скажи мне, что вы придете. Ну пожалуйста.

Честно говоря, в этот момент Джек чувствовал сильное влечение к Кейт: она как будто обладала огромным внутренним запасом энергии – в отличие от них с Элизабет, которые почти все время были уставшими. Измотанными. Обессиленными. Они постоянно нуждались в химической подпитке. Кейт же казалась живой – она жестикулировала с большим размахом, рассуждала с большой убежденностью, носила большие очки и большие серьги-кольца. Она говорила то, что ей нравится, занималась сексом с тем, кто ей нравится, и все время всецело и безоговорочно оставалась самой собой. И это было очень необычно. Джек не сказал бы, что они с Элизабет врут друг другу, но их разделяла пропасть дипломатичных недосказанностей. Основными темами их разговоров были рутинные бытовые задачи, дела, которые нужно закончить, списки продуктов, которые нужно купить, рабочее и школьное расписание, которые нужно согласовать, и вопросы – многочисленные вопросы – о том, как прошел день. Что она ела на обед? Понравилось ли ей? Что она читала? Понравилось ли ей? Они не игнорировали друг друга, но он чувствовал, что абсолютная, фундаментальная честность, которую демонстрировала Кейт, в их случае подменена другим видом общения – не откровенными беседами, а скорее чем-то вроде дружеской прослушки. Они всегда были в курсе того, что другой делает и говорит. Но не того, что другой думает.

Вот например. Почему Элизабет устроила это свидание? Сколько подробностей о насыщенной сексуальной жизни Кейт и Кайла она знала заранее? Может, она так подает ему сигнал? Пытается что-то ему сказать? Она что, теперь хочет спать с другими людьми? И если да, то есть ли у нее кто-то на примете? И если да, то не этот ли молчаливый придурок Кайл?

Джек улыбнулся Кейт.

– Вряд ли, – сказал он и взял жену за руку. – Нам с Элизабет никто не нужен, кроме друг друга.

Кейт откинулась назад и как будто обменялась с Элизабет многозначительным взглядом, потом широко улыбнулась:

– Это ваше право. Главное – выбирать то, что вы считаете подходящим для себя.

– А то, что вы считаете подходящим для себя, – неожиданно сказал Кайл, – может быть очень ванильным.

– Ванильным? – переспросил Джек.

– И это абсолютно нормально.

– Не знаю, можно ли назвать это ванильным.

– Если передумаете, – сказала Кейт, – мы всегда будем рады вас видеть.