– А ты знаешь, – сказала она, – что первые исследователи, оказавшиеся в Канзасе, думали, что это большая пустошь? Они даже называли его пустыней. Великая американская пустыня. И знаешь почему?
– Нет.
– Из-за отсутствия деревьев. Они думали, что если деревья здесь не выживают, то ничто не выживет. Они не понимали эти края. То же самое, по сути, делает и мама.
Они смотрели, как Лоуренс остановился и прислонился к столбу забора, глядя вдаль, на поле травы, которую предстояло сжечь, как только позволит погода.
– Эти исследователи искали то, чего здесь не растет, – сказала Эвелин, – и поэтому не замечали всего того, что растет. Вот тебе важный урок. Если слишком сильно цепляться за то, что ты хочешь видеть, упустишь то, что имеешь.
Она поднесла кисть к холсту и легчайшими касаниями добавила в свой пейзаж фигуру Лоуренса Бейкера, маленькую и тонкую, едва заметную черточку посреди кипящей жизнью равнины. Таким Джек потом и запомнит своего отца: как тот стоит, одинокий, под открытым небом и окидывает взглядом поле, размышляя, как лучше сжечь его дотла.