Эта страсть венцев к эклектике уходит корнями в историю города и историю династии Габсбургов. На самом деле она зародилась еще во времена трубадуров. Не следует забывать, что все Габсбурги отличались тонким музыкальным вкусом. Избрав местом своей резиденции Вену, они дали горожанам возможность разделить с ними их интересы, не говоря уже о поддержке музыкантов, которым они покровительствовали наряду с художниками и архитекторами. Разумеется, эта стратегия привлекла в Вену композиторов из самых разных стран, превратив ее в законодательницу музыкальной культуры.
В 1498 году — только что открыта Америка — Максимилиан I, политический «отец» династии Габсбургов во главе Священной империи, создает постоянно действующий придворный оркестр — диковина по тем временам. Затем из Италии приходит мода на исполнение поэтических драматургических произведений под музыку. Артисты на сцене не говорят, а только поют, иногда в форме речитатива (например, у Моцарта в произведении «Так поступают все женщины»). Все это происходит в первой трети XVI века. Рождается новый театральный жанр, который назовут
Опера невероятно быстро завоевала огромную популярность. В Вене она становится одним из излюбленных развлечений горожан. После 1640 года, в правление Леопольда I, при дворе состоялось четыре тысячи оперных спектаклей — невероятная цифра. Силами итальянских мастеров было построено специальное здание деревянного театра. Отныне венцы, а за ними и весь мир усвоит простое правило: слушать оперу следует в Опере. В это время в Вене очень сильно итальянское влияние. Можно сказать, что именно под его воздействием и возникает австрийская опера. При дворе все не только говорят по-итальянски, но и пишут стихи. Появляются новые слова — концерт, соната, бельканто. Запомним одну дату — июль 1667 года, потому что она символизирует слияние двух тенденций. Леопольд I, сам, как и многие Габсбурги, музыкант и автор оперы на библейский сюжет, устраивает по случаю женитьбы на испанской инфанте Маргарите Терезе празднества, в программу которых входит и постановка оперы итальянского композитора «Золотое яблоко». Зрители были потрясены, словно увидели подлинное чудо: декорации на сцене менялись 67 раз! Благодаря театральной машинерии они вместе с артистами переносились то на небеса, то на землю, то в преисподнюю; за кулисами грохотал гром, над головами рассыпали искры бенгальские огни. Зрелище было сродни волшебству, и публика млела от счастья, еще не подозревая, что вскоре турки во второй осадят Вену.
Новую струю в жанр оперы, до тех пор чисто итальянской, внес немец Глюк, родившийся в 1741 году. Мария Терезия, признававшая в опере только итальянскую традицию, проявила похвальную широту взглядов, назначив Глюка руководителем капеллы Придворной оперы. Он первым подчеркнул важность в опере сюжета и очень много сделал для того, чтобы усилить ее драматический эффект. Мария Терезия сама любила петь и танцевать; она могла танцевать до поздней ночи, даже будучи на пятом месяце беременности! Музыка занимала огромное место в ее жизни, и она не упускала ни одной возможности не только ее послушать, но и принять участие в ее исполнении. Так, во время поездки в Венгрию она пела вместе с хором женского монастыря. Не будь императрицы, Вена никогда не приобрела бы репутацию города, в котором музыканты окружены особенным почетом. Мария Терезия постоянно открывала новые концертные залы — в Хофбурге, в Шёнбрунне, в замке Лаксенбург или в Каринтии. Когда в 1761 году замок в Коринтии сгорел при пожаре, она потребовала его немедленного восстановления. Недовольство она проявляла только в тех случаях, если слышала со сцены сальные шуточки или иные скабрезности — тогда она пользовалась правом личной цензуры. Это не значит, что у нее не было чувства юмора — она любила повеселиться, но… не выходя за рамки приличий. Впрочем, если в придворных театрах действительно царила некоторая чопорность, то ведь были еще и театры предместий, где публика развлекалась в свое удовольствие. Венцы охотно посещали их, популярность того, что столетие спустя назовут «легким жанром», постепенно росла, и далеко не случайно этот искрометный, обворожительный жанр будут связывать именно с Веной.
