К моменту его смерти описанный выше обычай строго соблюдался. Первым с предложением перенести его прах в Париж выступил Наполеон III, но тогда оно было отвергнуто. Чтобы оправдать отказ, император Франц-Иосиф напомнил, что экс-король Рима скончался как австрийский подданный, а Габсбурги по этому случаю объявили шестинедельный траур, что было чистой правдой. Вопрос о том, кого именно они оплакивали — сына Наполеона или сына эрцгерцогини Австрийской — не обсуждался. Так и получилось, что тот, кого во Франции именовали Наполеоном II, на протяжении десятилетий спал вечным сном в Крипте капуцинов, между матерью и дедом. В 1938 году, незадолго до аннексии Австрии Германией, Отто Абец — посол Третьего рейха в Париже — снова заговорил о переносе останков в Париж, полагая, что этот жест будет способствовать франко-немецкому сближению, сторонником которого он являлся. Никакой поддержки его призыв не получил — ни в Вене, ни в Берлине, ни тем более в Париже. После падения Франции в 1940 году Отто Абец вернулся к своей идее, поклявшись, что осуществит ее во что бы то ни стало. Он дошел до Гитлера и убедил его организовать церемонию перезахоронения 15 декабря 1940 года — ровно сто лет спустя после того, как по инициативе короля Луи-Филиппа, стремившегося к национальному примирению, в Дом инвалидов был с помпой перенесен прах Наполеона I. Фюрер одобрил выбор даты — в тайной надежде, что на торжества приедет маршал Петен, что было бы весьма символично. Но глава Французского государства отклонил приглашение: именно в тот день он должен был проводить в Виши заседание Совета министров по вопросу созыва Консультативной ассамблеи.
Раздосадованный отказом «Верденского победителя», Гитлер, тем не менее, не стал возражать против переноса останков Орленка в Париж. Но… каких именно останков? Тела, хранившегося в Крипте капуцинов, и только его. То ли инициаторы переноса не знали о старинном обычае хоронить разные части тела в разных местах, то ли не приняли его во внимание, но из крипты был извлечен только саркофаг, установленный здесь в 1832 году. Мы полагаем, что мнения Габсбургов-Лотарингских никто не спрашивал; впрочем, глава императорского дома эрцгерцог Отто был вынужден бежать с родины. Прочитав «Майн кампф», старший сын Циты все понял и пытался объяснить европейцам, что Гитлер обязательно развяжет новую мировую войну, но к нему никто не прислушался, а сам он стал мишенью для национал-социалистов. Фюрер даже отдал приказ бригаде штурмовиков из 50 человек выкрасть Отто, но у тех ничего не вышло. Мстительный Гитлер ограничился тем, что присвоил секретному плану по аншлюсу Австрии кодовое имя «Операция „Отто“».
«Половинчатое» (иначе не скажешь!) возвращение сына Наполеона и Марии-Луизы в Париж началось 12 декабря 1940 года. Могилу вскрыли в присутствии братьев-капуцинов; почетный караул отдал Наполеону II военные почести. Затем кортеж направился к Западному вокзалу — одному из семи венских вокзалов, в здании которого стояла и стоит статуя императрицы Елизаветы. Специальный состав с окнами, плотно задернутыми шторами, формировался в странной и мрачной атмосфере. Гроб погрузили в особый вагон, рядом с ним водрузили крест высотой больше метра. С лязгом захлопнулись тяжелые металлические двери; в тамбуре вагона, украшенного гербом короля Рима — согласно титулу, полученному мальчиком при рождении, — стали в карауле два солдата. Офицеры заняли места в вагон-салоне и спальном вагоне. К вечеру состав на малой скорости двинулся из Вены в направлении Парижа. Во французскую столицу, угнетенную зимним холодом и недавним поражением, он прибывает в субботу 14 декабря, в 23.00, проведя в пути двое суток. В примолкшем, скудно освещенном Париже идет ледяной дождь со снегом. На платформе Восточного вокзала его встречает еще один почетный эскорт. Гроб выгружают из вагона и устанавливают на пушечный лафет; военные салютуют, воздавая почести человеку, при жизни не царствовавшему ни дня. В Доме инвалидов гроб встречает караул республиканской гвардии: 200 солдат, выстроенных в две шеренги, со смоляными факелами в руках. Ровно через сто лет после прибытия гроба с прахом Наполеона I совершается действо, которое газеты назовут «великим в своей простоте историческим событием, к тому же являвшим собой грандиозное зрелище»[11].
