После восстания, подавленного Шварценбергом, который оказался таким же жестоким правителем, как и Меттерних, Иоганн Штраус-отец оказался в затруднительном положении. Занятая им проправительственная позиция заставила отвернуться от него большую часть молодежи, отдавшей предпочтение его сыну. В адрес отца стали поступать письма с угрозами. Хуже того: веселая музыка, которой он столько лет радовал венцев, перестала им нравиться. Город сильно изменился. И всем стало ясно, что вальсы — не то, что хочется слушать в смутные времена. В надежде обрести новый источник вдохновения и вернуть себе публику, Штраус-отец предпринимает гастрольное турне, но его повсюду встречают полупустые залы. Среди зрителей все чаще попадаются крикуны, готовые в любую минуту учинить скандал и сорвать выступление. Летом 1849 года Штраус возвращается в Вену в далеко не радужном настроении. Даже воспоминание о теплом приеме, оказанном ему в Лондоне королевой Викторией и принцем Альбертом, бальзамом пролившемся на его уязвленное сердце, послужило ему слабым утешением. К его удивлению, в Вене все, кажется, вернулось на круги своя: Шварценберг помог молодому Францу Иосифу утвердить власть Габсбургов над Ломбардией и Венгрией, призвав для подавления народных волнений войска грозного русского царя Николая I.
Империя получила Конституцию, хотя в ней были учтены далеко не все требования, выдвигавшиеся восставшими. Зато незлопамятные венцы, судя по всему, простили Штраусу его монархизм; во всяком случае, 15 июля, когда композитор дал свой первый после возвращения на родину концерт, зал казино «Юнгер» едва вместил всех желающих. Маэстро поднялся на возвышение, коснулся смычком струн, и оркестр заиграл. Но спустя несколько мгновений смычок в руке у Штрауса сломался — такое иногда случается со слишком темпераментными исполнителями. Ближайший к нему музыкант, вероятно, первая скрипка, тут же протянул ему свой, но маэстро стоял с отсутствующим видом, уставившись прямо перед собой. В зале поднялся ропот. Еще несколько мгновений, и Штраус пришел в себя, взял смычок, и выступление продолжилось. Музыковед Клод Дюфрен, автор очень интересной книги «Венский вальс времен Штраусов», пишет: «Этот на первый взгляд безобидный инцидент тяжело подействовал на и без того истощенную нервную систему композитора, который увидел в нем зловещий символ своего близкого конца». Известно, что некая богатая жительница Вены завещала Штраусу-старшему значительную сумму при условии, что он лично сыграет на ее похоронах вальс. Нам вполне понятна любовь этой дамы к вальсу как квинтэссенции жизненной энергии, но все же нельзя не признать, что ее пожелание имело весьма мрачный оттенок…
22 сентября в Хофбурге состоялся концерт в честь возвращения в Вену маршала Радецкого. На концерте присутствовал Франц Иосиф. Император просил заранее передать Штраусу-отцу, что рассчитывает на его оркестр. Программа предполагалась смешанная: помимо воинственных маршей должны были прозвучать и жизнерадостные вальсы. Когда торжественный день настал, на помост вместо Иоганна Штрауса поднялся его помощник. Композитор еще с вечера слег с высокой температурой. Он находился в доме своей любовницы, расположенном на Кумпфгассе, в более чем скромном жилище, недостойном его гения. Все тело у него было покрыто сыпью. Как выяснилось, он подхватил скарлатину, заразившись от своей незаконнорожденной дочери. Какое жестокое наказание! Три дня спустя его сын Эдуард обнаружил тело отца на голом матрасе. Эмилия унесла с собой все что могла. Человек, прославивший венский вальс на весь мир, скончался в одиночестве, всеми покинутый, в возрасте 45 лет. Заметим, что похожая судьба ждала многих известных венских музыкантов. Зато похороны им, как правило, устраивали самые пышные. За гробом Штрауса-отца шло около ста тысяч человек. Его погребли на кладбище Дёблинга, в северной части города, близ бывшего Турецкого редута (сегодня это территория 19-го округа). Некий хроникер написал в газете: «Штраус умер как собака, но похоронили его по-королевски». И правда, Вена в тот день потеряла своего короля.
