Покинув храм, бездельники направляются в торговый центр. Там бродят по магазинам, кафе и барам, развлекаются, ни в чем себе не отказывая.
Вечером в казино отеля City of Dreams продолжаются попытки четырех игроков обыграть рулетку. Они прислушиваются к стуку шарика, но ничего похожего на глухой звук или дребезжание пластика не слышат. В игре поначалу больше всех везет Антону. Его ставка удваивается пять раз подряд, и на красном секторе уже стоит тридцать две тысячи долларов. На табло пять последних номеров – красные. На шестом спине шарик нахально закатывается в черную ячейку, и на этом череда выигрышей обрывается.
Проиграв и эти сорок тысяч, незадачливые игроки для поднятия настроения отправляются в ночной бар. Там, устроившись со стаканами за столиком, они проводят очередное «производственное совещание».
Ответственная за стратегию Кианг расстроена:
– Придется уменьшить ставки, иначе мы спустим все ваши деньги.
– За три дня проиграли сто двадцать косарей! – разочарован Руслан. – А я и наиграться еще не успел.
– Кстати, Достоевский написал роман «Игрок», чтобы расплатиться с долгами, в которые он влез из-за игры в рулетку, – кисло улыбается Антон.
– А с клеем все в порядке, не работает твоя теория.
– Теперь понятно: обыграть рулетку легко, – вот только найти рулетку, которую легко обыграть, сложно.
– Ну да, был в истории один случай, описанный Джеком Лондоном, – вспоминает лингвист, взглянув на инженера. – Тоже умер от передоза морфием в сорок лет.
– Мне в детстве нравились рассказы про Смока и Малыша… Но та рулетка была деревянной, пересохла рядом с печкой и покоробилась.
– Чтобы найти отклеившийся пластик, мне надо прослушать много колес, поэтому нужно играть подольше и, само собой, помельче.
– Вот это правильно, – одобряет Антон.
– Отлично! – обрадован Руслан. – Крупные ставки буду делать теперь только по мнению.
– Ну когда-то же нам должно повезти?! – Шан твердо верит в победу.
– Ты безнадежная оптимистка, – говорит Кианг.
– От такой же и слышу!
– Оптимисты обычно недооценивают возможную неудачу, – уточняет Антон. – А удачу переоценивают.
– Тогда, получается, все игроки – оптимисты, – улыбается Кианг.
– Они становятся игроками, потому что изначально были оптимистами! – делает вывод Руслан.
– Вчера я прочитал в энциклопедии «Игорный дом», что многие великие писатели – заядлые игроки. А Некрасов и Крылов были профи и заработали на картах больше, чем на литературе.
Под зазвучавшее томное аргентинское танго несколько пар выходит на танцпол. Руслан приглашает Шан, и они присоединяются к танцующим.
– Хочешь не хочешь, но воспитание требует проявить инициативу, – хитро улыбается Антон и протягивает руку.
Кианг принимает его руку и поднимается. Во время танца черноокая сама сближается с Антоном. Мышцы тонкого стана в ритме танго шевелятся под рукой Самца, будоража низменные инстинкты. После нескольких танцев обе пары возвращаются за столик.
Руслан достает «брата»:
– Ты неплохо танцуешь. Наверное, в молодости в своей Москве занимался в кружке бальных танцев?
– Когда-то танцевал почти каждый день… С гантелями, во время зарядки под музыку.
Ночью Руслан и Шан снова едут к ней домой.
Антон и Кианг утомленно плетутся по холлу отеля. Портье догоняет Кианг и отдает ей большой конверт.
Проводив подругу до двери номера, просит:
– Посмотри, что в конверте. Может, надо помочь?
Они заходят в номер. На столе стоит ваза с благоухающими «райскими розами»; бутоны раскрылись и цветы стали еще красивее.
– Спасибо за роскошный букет! – еще раз благодарит Кианг. – Восхитительный запах.
– Нюхай на здоровье.
Она вскрывает конверт и достает бумаги:
– Это сообщение от моего адвоката. Соглашение о выделении нашей доли из фирмы. Вместо вложенных в компанию родительских денег нам предлагают два новых таунхауса. – Бизнесвумен бросает бумаги на стол. – Нужно лететь в Шанхай.
– Кианг, я виноват… Может смогу чем-то помочь…
– Жених не прошел испытания. Я разочарована и уже не переживаю. Но наши деньги надо сохранить.
– В общем, знай: я готов оказать помощь.
Кианг садится за стол, подписывает соглашение, подходит к Антону и говорит, исподлобья гипнотизируя бездонными черными глазами:
– Самец, ты всегда напряжен, я вижу, как тебя что-то гнетет. Тебе нужно отдохнуть от суеты мира – обрести равновесие. Думаю, я смогу исправить твое душевное состояние… Даю несколько минут, чтобы ты подумал о последствиях и решил: остаться или уйти.
Кианг отворачивается и уходит в ванную.
Услышав шум душа и что-то вспомнив, Антон задумывается, раздевается до трусов, достает из заднего кармана джинсов презерватив, ложится в кровать, но затем садится, в нерешительности встает, нахально приоткрывает дверь в ванную и переходит в наступление:
– Извини, но я уже соскучился.
