― Она не ты, ― говорит он, притягивая меня ближе. ― Пожалуйста, иди сюда.
На сей раз я уступаю. Обнимаюсь с ним, успокаивающе потирая его спину ладонью. Несколько минут спустя он глубоко засыпает. Прекрасно.
Я сажусь и медленно выкарабкиваюсь из его объятий, замирая, когда он шевелится, пока не успокоился вновь. Наклоняюсь и выключаю лампу, а после на цыпочках крадусь к двери. Я не заморачиваюсь с поиском обуви или переодеванием футболки и пижамных штанов, это только меня задержит, к тому же, босиком бежать быстрее. Проверив ручку, я хочу кричать от счастья. Пьяный ублюдок не запер дверь.
«Какой же ты неосмотрительный, Девон.»
Я выхожу и закрываю за собой дверь, почти желая запереть его внутри, но затем чувствую болезненный приступ вины. Кто знает, когда его кинутся искать? Кроме того, если вдруг я с кем-то столкнусь, то, как худший вариант, мне придется вернуться обратно в комнату.
Я решаю пойти налево и спуститься в холл. Вокруг стоит мертвая тишина, и я пытаюсь как можно меньше шуметь, когда иду по лестнице. Понятия не имею, кто здесь может находиться, и чего ожидать. Я знаю только одно ― мне надо быть начеку. У меня есть один-единственный шанс, потому что если меня поймают, то сделают все возможное, чтобы я не смогла выйти еще раз.
Я осматриваюсь в поисках оружия, но нахожу лишь серебряный подсвечник. Он достаточно крепкий, и сейчас этого достаточно. Надо было проверить карманы Девона и поискать тот проклятый карманный нож, который он всегда носит с собой.
Спустившись с лестницы, я вижу раздвижную дверь и облегченно выдыхаю. Толкнув, я открываю ее и выхожу наружу.
Я почти свободна. Дует прохладный ветер, и в течении секунды я вдыхаю свежий воздух, а после осматриваюсь вокруг в поисках оптимального выхода. С одной стороны есть дверь. Наверное, ведущая на задний двор. С другой ― ворота, которые должны вести к передней части дома.
Я направляюсь в ту сторону, радуясь, что здесь нет собак и никто не щелкает затворами. Мягко прикрыв за собой ворота, я пускаюсь в бег. Но пересекая лужайку перед домом, застываю на месте. Знаю, останавливаться нельзя, надо продолжать бежать. Но стоящие недалеко от меня двое мужчин меняют положение в тот же миг, как замечают мое присутствие.
Я сразу же узнаю в одном из них того, кто приходил ко мне в комнату. Это плохо. Я снова бегу, но уже слишком поздно, они несутся вслед за мной. Я развиваю хорошую скорость, но когда выбегаю на дорогу, чем-то раню ступню.
И в следующий миг меня обхватывают за талию, закрывая ладонью рот.
― Кто тут у нас? ― говорит жутким голосом тот, из комнаты.
Я вскидываюсь и расцарапываю ему щеку, вонзая ногти в кожу. Меня учили, что даже если тебя поймали, надо оставить след, свою метку. Я поднимаю руку, чтобы попытаться достать другого, но тот, в чьих руках я нахожусь, пересиливает меня, крепко обхватывая мои запястья.
― Сука, ― шипит он и небрежно куда-то тащит.
― Похоже, принцесса Мур наконец-то вышла поиграть, ― говорит другой.
Черт.
Я хныкаю, шепча имя Девона, когда он разрывает на мне майку.
Глава 8
ДЕВОН
От сна без сновидений меня будят теплые лучи солнца. Я резко, даже чересчур поспешно, сажусь, и голову пронзает боль. Откинувшись на спинку кровати, я подношу руки к вискам и массажирую их круговыми движениями, но это все равно не помогает. У меня худшее похмелье из всех, которые когда-либо были. Чертов Джек.
Открываю глаза, но яркий свет только ухудшает головную боль, и я снова крепко зажмуриваюсь. Язык словно превратился в наждачную бумагу, и я ужасно хочу пить. Только через несколько минут я опять разлепляю глаза, пытаясь сосредоточиться на каком-нибудь предмете.
Вот тогда я понимаю, что нахожусь в комнате Лейтон. В ее постели.
«Дерьмо.»
Что, черт возьми, произошло вчера вечером? Я пытаюсь воспроизвести события: Лейтон, «Барокко», Сорайя. От последнего воспоминания съеживаюсь. Чертовски напрасная трата времени.
А после… ничего. Я
«Всегда оставайся в трезвом уме», — как-то сказал мне дядя, и я всегда слушался его совета.
До прошлой ночи.
Я медленно встаю с кровати под аккомпанемент барабанов в голове, бьющих по мозгам все громче. Я полностью одет, и от меня несет алкоголем вперемешку с духами. Меня тошнит, и я уже собираюсь бежать в ванную, когда в голове будто что-то щелкает. Лейтон нигде не видно.
Я направляюсь в ванную, прислушиваясь к звукам, в надежде, что она принимает душ или хоть что-нибудь делает, но когда захожу вовнутрь, вижу, что ее нет.
Выйдя, я осматриваю комнату, разыскивая любые подсказки относительно того, что произошло. Нахожу глазами ее обувь на полу рядом с кроватью. Все как обычно.
Но ее здесь нет.
«Идиот», — хочу заорать, но знаю, что это привлечет внимание. Поэтому ругаю себя мысленно.
Блять, так и знал, что это случится. Из-за этой девушки я становлюсь жалким подобием человека. Так было всегда. Слабым. Вызывающим жалость.
По крайней мере, я могу наконец быть с собой честным.
