– Два дня назад в Швете, он как раз собирался выступать на Будгост.
– А как обстановка на том берегу?
– Никаких войск мои ребята там не видели.
– Ну, это еще ни о чем не говорит, – заметил тиун Трузо. – Твои разведчики ведь не отходили далеко от берега. Поэтому давай поступим так. Мы здесь останавливаться не станем, а ты отправляйся на тот берег и все там лично проверь.
Дихон рассчитывал в ближайшие дни соединиться с войсками мазов, но ожидаемая встреча состоялась тем же вечером, когда на лагерь русов наткнулся конный разъезд союзников. А на следующий день тиун Трузо уже распивал вино в шатре Домбора, обсуждая с ним план дальнейших совместных действий.
Князь мазов подтвердил, что его разведка тоже не нашла на левом берегу Вислы войск противника. И, учитывая отсутствие Попеля в Крушвице, подтвержденное захваченными купцами, он предложил как можно быстрее переправиться и напасть на беззащитную столицу глопянского князя.
– Овладев ею, мы сразу лишим Попеля почти всех денег для ведения войны, – доказывал союзнику пятидесятилетний князь мазов. – Ведь основная часть его казны находится именно там.
Дихону его предложение показалось интересным. Очень заманчиво было завладеть казной глопянского князя. Смущало только, что Попель мог в любой момент вернуться в Крушвицу.
«Тогда мы просто отступим, – подумал он. – Вряд ли противник будет превышать нас численностью, учитывая, что у Домбора две тысячи конных и три тысячи пеших воинов…»
– А где предлагаешь переправляться? – спросил тиун Трузо.
– Где-то рядом с Влославом, чтобы было проще перетащить лодки[112] в озеро Гопло. Они нам могут там пригодиться.
– Я немедленно распоряжусь начать переправу, – соглашаясь с планом князя мазов, обещал Дихон. – Главное – надо как-то лишить возможности местника Влослава сообщить о нас Попелю.
Домбор успокоил князя витингов, пообещав, что, переправившись, его конница сразу окружит город плотным кольцом. Позже ее сменит пехота, которая будет удерживать крепость в осаде, пока та не сдастся. Так он поступил с Плоцком, не желая тратить на штурм ни сил, ни времени.
– Тогда до встречи на том берегу, – поспешил распрощаться с князем мазов Дихон.
Он понимал, что сейчас не самый подходящий момент заводить разговор о Галиндии. Пограничные проблемы тиун Трузо предложил обсудить Домбору, когда их войска, уже переправившись на левый берег Вислы, двинулись в сторону куявской столицы.
– Конечно, можно и поговорить, – согласился тот не очень охотно. – Но считаю, правильнее было бы отложить все до окончания войны. Тогда будет проще разрешить наши спорные вопросы.
– Видишь ли, я бы с тобой согласился, но многие решения зависят не только от нас, – возразил ему тиун Трузо. – Поэтому, думаю, будет не лишним выработать по ним совместную точку зрения.
– Честно говоря, я тебя не совсем понимаю, – признался озадаченный князь мазов. – Что ты конкретно предлагаешь?
– Как мне стало известно от Рогвальда, по окончании войны тебе должна отойти часть куявского правобережья, а остальное достанется мне. Так вот: я готов обменять свою долю в Куявии на земли в Галиндии.
Предложение двоюродного брата Мстивоя оказалось для князя мазов полной неожиданностью. Оно на самом деле разрешало все спорные вопросы, но Домбор решил не торопиться с ответом, опасаясь какого-нибудь скрытого подвоха.
– Признаюсь честно, ты меня озадачил, – сознался он с задумчивой улыбкой. – На самом деле так сразу бы решились все наши споры, но границы Галиндии на сегодня очень расплывчаты. Да и размеры земли, которая должна отойти тебе, тоже неизвестны.
– Сейчас для меня важно лишь твое согласие на подобный обмен, – пояснил Дихон. – Все остальное мы можем решить позже.
Согласиться с его предложением Домбору помешало появление брата Визимира, который сообщил, что их передовой разъезд внезапно столкнулся с противником. А на следующий день стало известно о быстром продвижении им навстречу трехтысячного войска глопянского князя.
– Это даже к лучшему, – неожиданно для тиуна Трузо заявил князь мазов. – Теперь мы точно знаем, что в Крушвице почти не осталось воинов. Поэтому вы с моим братом начнете отступать на юг, уводя за собой глопян, а я возьму половину конницы и неожиданно нападу на столицу Куявии.
– Мне кажется, нам не стоит разделяться, – забеспокоился Дихон. – Это может быть опасно.
– О чем ты говоришь, если после моего ухода у вас с Визимиром останется в два раза больше воинов, чем у глопян. Главное – уведите их подальше от Крушвицы, а там действуйте по обстановке.
Как и намечалось, с освобождением рек ото льда дружина Мстивоя, усиленная отрядами руских жупанов и сударов, а также ратниками из соседних городов, покинула Велегард. А через четыре дня великий князь русов и вендов уже подъезжал к Старгарду, где должны были собраться все отправляющиеся в поход на глопян войска.