– Помнишь, я упоминал про то, что Джанибек договорился с польским королем о передаче ему ярлыка на Галицию? Я тогда еще жил во Львове, и у нас много про это говорили. Так вот. Я и мои очень осведомленные друзья выяснили, что ни через одну заставу на границе не проезжало посольство из Золотой Орды. Не видели его и на дорогах, ведущих в Краков. Таких дорог мало, и скрыть столь заметное дело, как посольство Джанибека, было невозможно. Тем не менее переговоры состоялись, ярлык был получен. Кто все это сделал? Посольство было тайным. Однако даже в этом случае оно не могло проехать через Львов так, чтобы мы не заметили. Значит, ехали через Венгрию. Причем ездили несколько раз, ведь нужно было везти ответ. Два года назад в Орду уже открыто ездил польский посол. Про это все знают. Его звали Ян Пакослав. Кто доставил ему дорожную грамоту, без которой его никто не пропустил бы через границу? Значит, есть у них нужные люди в Золотой Орде. Легче всего этим заниматься католическим монахам. Их как священнослужителей защищает древний татарский закон Яса. Всего за год до посольства Пакослава в Сарае учредили отдельную епархию францисканского ордена. Вот только Сарай от Польши и от Венгрии далеко. Между ним и границей есть только одно место, где можно встретить католических монахов, – Тана. Да и оттуда до Польши и Венгрии добираться долго. Кроме того, невозможно сделать это незаметно. Ехать много дней через степь, где весть далеко опережает путника. Зато легко можно пробраться незаметным через леса.
Теперь становилось понятно, почему Симон хочет нанести визит в обитель тайно.
Места здесь глухие, а самое главное, можно сказать, ничьи. Рязанский и сарайский епископы много лет спорили за Червленый Яр, который лежал у Дона. С севера из-за Оки сюда подбиралась паства суздальской епархии. Но сюда никто из них не добрался. В этих краях с древних времен народ жил по-своему. Сидел в лесах, молился своим богам. Когда за ханским двором сорок лет назад стали приезжать мусульмане, было их немного, да и селились они исключительно в Мохши. Со временем настроили мечети, учредили школы, а когда Узбек объявил себя султаном и защитником веры, так и многие из его окружения перешли в ислам. Да и торговцам было куда сподручнее разбирать дела у местного кади. Мусульманское право для этого подходило лучше всего. Опять же бумагу какую составить – в лесах народ бесписьменный.
Христиане здесь были больше из кипчаков и монголов, которые с ханом пришли. Правда, не православные, а чаще из последователей патриарха Нестория. Русских здесь было мало, да и те приезжие. Потому и не попали эти края ни в одну епархию.
А вот для монастыря это не помеха. Отшельников обычно уважают даже иноверцы. Не искушенные в тонкостях религии, они часто не делают различия между святыми людьми. Кочевники исправно подкармливают их творогом и мясом, которые у них все равно некуда девать, осторожные лесовики тоже на всякий случай задабривают непонятных колдунов приношениями. В общем, с голода умереть не дадут.
По Дону, в Червленом Яре, еще во времена Феогноста были монастыри и со своим крепким хозяйством. Доход имели изрядный. Неспроста архиереи за те края грызлись. Только когда хан Джанибек обложил налогами церковных людей, оставив освобождение лишь для священнослужителей, многие из тех, кто укрывался под монастырской сенью от податей, ушли на собственный кошт. Доходы сразу сильно упали. Потом чума весь Червленый Яр выкосила. Сейчас там не осталось ни одного монастыря.
Получалось, что по пути из Польши или Венгрии к Итилю через леса для тайного убежища нет другого места, кроме как в этой обители возле Мохши. Если, конечно, она на самом деле существует. Какие-то отшельники, конечно, там жили. В горе среди леса еще с неведомых прежних времен понарыто всяких пещер, вот их и облюбовали искатели иноческого подвига. Так уж повелось со времен отцов монашества, что для истинного отшельника нет места лучше, чем пустыня или пещера. На Руси ведь первые иноки, еще от крещения равноапостольным князем Владимиром, тоже в пещерах спасались. Обитель их так и зовется по сей день: Киево-Печерская. Сейчас возле Нижнего Новгорода свой монастырь в пещерах образовался. Да и в Червленом Яру многие рыли себе убежища от греховного мира в земле. В иных краях то же самое. Сербский патриарх и вообще именуется Печский. Пещерный значит.
– Илгизар про этих отшельников знает, – добавил к рассказу инока доезжачий, – говорит, их там немало. Только в городе они почти не появляются. Еще с давних пор по базарам слухи ходили, что туда от этого самого дворца, где мы сидим, ход прорыт. По приказу Баялуни. То ли колдовством она в этих подземельях занималась, то ли сокровища спрятала. Каждый свое толкует.
– Так, может, и сосуд тот самый не в могиле спрятан, а в этом подземелье? – вдруг пришло мне в голову.
