Что может быть прекраснее вымысла, рождённого пылким воображением? Сладостнее сна, навеянного диковинными сказаниями и мечтами? Тем безрадостнее пробуждение и столкновение с обыденностью, скучным однообразием будней. Когда громкий крик осла на улице и ругань погонщиков, возвращают тебя из сказочного сада, полного роз и волшебства в твою земную обитель.
За долгие дни пути я наслушался рассказов о Тане. Мои спутники, умудрённые жизнью купцы и бывалые путешественники, знатоки земных путей, неизменно называли этот город вратами в иной мир. Отсюда начинались дороги в полную ужасов и богатств Страну Мрака, сюда приходили караваны из дальних стран, полных шелков и чудес. Многие помнили времена, когда из Таны можно было добраться до столицы великого хана в Китае, быстро и безопасно, не взирая на поражающие воображение смертного расстояния.
Сюда стекались все богатства бескрайнего и непостижимого Востока, чтобы разойтись по рынкам и базарам Леванта и закатных стран.
Воображение щекотала мысль, что этот город — врата в страны, лежащие за легендарными горами Кафф.
Как мог представлять себе эти полусказочные врата я — домосед и книжный мечтатель? Я видел врата в Египет — древнюю Александрию. Огромный шумный порт, переполненный людьми, товарами и великолепными зданиями. Видел Константинополь — перекрёсток мировых путей, поражающий воображение. Когда я услышал известие о прибытии в Тану, суету, сопровождавшую спускание парусов и отдачу якорей, то сразу поспешил на палубу.
Мне не терпелось увидеть город, о котором я столько слышал и который волновал моё воображение. Те самые врата в сказочные страны и начало величайших торговых путей в подлунном мире. Я был готов к любым чудесам и неожиданностям. Железным башням, воротам из кости, свирепым всадникам и горам золота. Меня не удивили бы крылатые кони, горы черепов и летающие ковры. Диковинные звери и пиршества людоедов.
Взору моему предстал пустынный берег.
Корабль встал на якорь недалеко от устья большой реки, опасаясь подплыть ближе из-за мелководья. Совсем рядом с бортом виднелись поплавки рыбацких сетей, у берега качались лодки да несколько небольших судёнышек, не имевших даже мачт и управлявшихся с шестами. На берегу, кое-где ютились убогие строения, которые вряд ли могли служить даже складами товаров — скорее всего это были убежища рыбаков с их нехитрым снаряжением.
Дальше начиналась степь. Бесконечная и пугающая. Почему-то именно эта бесконечность ощущалась сразу. Манила и обдавала холодом неизвестности..
Всё было правдой. Про дальние страны, сказочные богатства и чудеса. Просто ворот в них не было. Не было порога, через который можно перешагнуть. Было лишь начало пути. Берег бескрайнего моря, куда нужно сделать первый шаг, чтобы быть может уже никогда не вернуться.
Оказалось, что Тана или, как её называли местные, Азак, лежит на некотором удалении от моря, у берега большой реки, которая зовётся Дон. Воды её намывают обширные мели, поэтому морские корабли не рискуют приближаться близко к устью. Товар с них разгружают на небольшие судёнышки, которые идут уже вверх по реке к городским пристаням и складам.
Навигация ещё только начиналась, поэтому наше судно было одним из первых, прибывших в эти края. Мои спутники говорили, что раньше, когда сюда плавали генуэзцы и венецианцы, здесь в эту пору было уже не протолкнуться и место для хорошей стоянки находили с трудом. Теперь у побережника почти совсем не было работы.
Этот важный насупленный татарин в коричневом халате поднялся к нам на борт в сопровождении писца-переводчика, не имевшего при себе даже прибора для письма.
Таможня и все прочие хлопоты ждали нас в Тане, в его обязанности было лишь взять с капитана плату за якорную стоянку, да присмотреть, чтобы никто тайком не сошёл на берег или, чего доброго, не сгрузил товар, до того, как он предстанет пред бдительным оком ханских тамгачи.
Настал черёд поблагодарить моих друзей за настоятельный совет обзавестись путевой грамотой от патриарха. Она вызывала неизменное уважение у ханских слуг. Побережник, едва увидав её, сразу прекратил расспросы, а в Тане, тамгачи сразу потеряли к нам интерес, отправив вместе с нашими спутниками-греками к какому-то важному начальнику.
Путь по реке занял довольно много времени. В Тану прибыли, когда солнце уже перевалило за полдень. Речные берега выглядели столь же неприветливыми и малолюдными, сколь морские. Их главными обитателями были рыбаки. То тут, то там торчали небольшие деревянные пристани, куда выгружают улов. Выше на берегу виднелись места, где его перерабатывают. На многочисленных длинных шестах вялилось огромное количество рыбы.
