Через полчаса, после того, как Беркель вышел из комнаты, он снова вернулся, чтобы сообщить о том, что Хеймич хочет со мной позавтракать. Спустившись на первый этаж, и пропустив последнюю ступеньку широкой, белой лестницы, я оказалась в огромном зале, стены которого были окрашены в коричневый цвет, а пол — в черно-белую плитку. С двух сторон виднелись арки, которые вели в другие комнаты замка. В главном зале, напротив лестницы, на стене, располагалась большая дверь, которая служила входом в замок. Интерьер всего замка, к моему удивлению, не был похож на интерьер средневековья, а сам замок более напоминал обычный богатый дом, только в своем стиле.
В правой стороне дворца, как, оказалось, находилось больше комнат, но по величине, комнаты левой стороны в несколько раз превосходили даже «каминную» комнату. Войдя в нее, я увидела большой камин, в котором горел, еще едва ли заметный, но немного искрящийся огонь. Повсюду были расставлены книжные шкафы, на полках которых, располагались книги, и какие-то карты. Каминная комната, почти ничем не отличалась от читальной, за исключением, находившегося в нем камина. Слева от входной арки располагались еще две двери, которые, как я позже узнала, вели в гостевую спальню, и уборную. Покинув каминную, и проследовав дальше, я посетила еще одну гостиную, которая, далее вела в обеденный зал. Почти все в этой комнате, за исключением черных стульев, и еще некоторых кухонных принадлежностей, было красным: стены, оконные занавески, скатерть на столе, небольшие подушечки на стульях, и в том числе, привлекший мое особое внимание, коврик.
Завтракавший, и обсуждавший какие-то дела с Беркелем, Хеймич, увидев меня, встал из-за стола, и вежливо попросил присоединиться к завтраку, после чего, я поблагодарила его, и мы вместе сели за стол. Наша с ним взаимная вежливость напоминала мне общение двух богатых средневековых лиц, во времена которых, люди, даже оскорбления наносили с вежливостью. Оставалось лишь понять, насколько искренним со мной был Хеймич.
Отдав приказ двум пожилым, но в то же время, ухоженно одетым и хорошо выглядевшим женщинам, чтобы они подали мне горячий завтрак, Хеймич начал расспрашивать меня о моих сестрах. Я рассказала ему о Дуель и Мери, а также о своем старшем брате, который погиб в автокатастрофе, вместе с мамой. Хеймич несколько раз переглядывался с Беркелем, но зачем он это делал, и вообще, что было сейчас у него на уме, я не могла даже представить.
Хеймич выглядел примерно на такой же возраст, что и Беркель и имел коротко подстриженные черные волосы, темно-зеленые глаза и немного вытянутую форму лица, дополненную высокими скулами. В правой части виска у Хеймича был большой шрам, доставшийся ему от глубокого пореза, который едва ли достигал сам висок. Хеймич имел немного безобразный и пугающий вид, из-за многочисленных ран, которые достались ему при первой битве за уже принадлежавшие ему земли.
— Наверняка Анжели, возможно даже твои сестры, посчитают предательством… — сказал Хеймич, сделав паузу.
— Что я выбрала вашу сторону… — сказала я, приподняв голову. — Это мой выбор.
— Поверь мне, Суэлен, я знал, что однажды стану королем, но для меня семья всегда была важнее. Я хотел править вместе с Анжели, чтобы никакая война не встала между нами, а она обвинила меня в убийстве отца.
— Значит нам нужно доказать, вашу невиновность, — сказала я.
— Пока Анжели в замке, нам не удастся туда пробраться, — сказал Беркель, а за тем посмотрев на меня, продолжил. — Но Суэлен, возможно, могла бы проникнуть в замок и, хотя бы узнать, кто из всей прислуги ближе к Анжели.
— Мои сестры и Димонт уже наверняка догадываются, что это вы похитили меня…
— Прошу тебя, даже не думай о похищении, — резко прервал меня Хеймич. — Я узнал, что вы уже находитесь в деревне, и послал Беркеля проследить за вами.
— Честное слово, когда я увидел тебя, даже и не подумал, что ты и есть та Суэлен, — усмехнувшись, сказал Беркель.
— Я уже поняла, что ты считаешь меня слабой, — скорчилась я. — Может быть если бы я убила тебя еще утром, ты бы так не думал?
— Я думал вы с ума сойдете от радости, когда узнаете, что оба выжили, — недоумевал Хеймич. — И что же я вижу…
После его слов в обеденную зашла женщина, в руках у которой красовалась небольшая тарелка с моим завтраком. Улыбнувшись, и пожелав мне приятного аппетита, она быстро удалилась, как мне показалось, чувствуя напряженную обстановку между мной, Хеймичем, и Беркелем.
В тарелке лежало несколько кусочков куриного мяса, пара штук перепелиных яиц, и нарезанные полосками огурцы и морковь. Чувствуя сильный голод я, буквально набросилась на еду. Тем временем Хеймич любезно пожелал приятного дня и вышел из комнаты.
