У меня внутри все сжималось. Я даже не знала, о чем и думать. Теодору было шесть лет, когда он еще жил здесь, и мой брат всегда знал о том, что в Хендстоне он мог бы стать королем. Как и мама знала о том, что мы все являемся наследниками. Но никто, ни разу не рассказал нам о Хендстоне.
Весь вечер и часть ночи я пролежала в кровати, раздумывая над тем, что рассказала мне Мигель, а остальную часть потратила на душераздирающий плач.
«Мне не было больно… я лишь чувствовала себя обманутой. Обманутой мамой и отцом, казалось бы, самыми дорогими и близкими мне людьми. Возможно, мама хотела начать новую жизнь, как говорится, с чистого листа, но это не давало ей права ограждать меня от моего мира. Мира, в котором я родилась.»
Каждую мысль, рождавшуюся в моей голове, я записывала в дневник, что вводило меня в еще большую путаницу. Однако, осознание того, что я, Суэлен Лирон, являюсь наследницей королевской династии, вселяло в меня непомерную надменность.
«На то, что я и мои сестры имеем полное право надеть на голову корону, нет никаких сомнений. Но зачем родители скрывали от нас все это… за то, мне стало ясно, откуда у Дуель взялся такой дар. Наверняка наш род мог состоять так же из волшебников или волшебниц, а возможно и сама мама имела магические способности.»
Мне казалось, что я попала в какой-то глупый и бессмысленный сон, который на самом деле являлся моей жизнью. Я не смогла сдержать слез, пытаясь внушить себе, что мы все просто на просто ошиблись, но правда, к сожалению, была очевидна.
Я снова видела сон в своем старом доме, где на этот раз проснулась в своей кровати. Услышав за окном свист, я открыла его и увидела Саймона.
— Эй, Суэлен, — не громко протараторил он. — Открой мне дверь.
Я спешно закрыла окно и продолжила наблюдать за ним. Он не переставая свистел.
— Хватит! — остановила я его. — Ты разбудишь маму!
Я спешно открыла дверь и пустила толстяка в свой дом.
— Ну, — вяло протянул он. — Как поживаешь?
— Прекрасно, — сказала я с каплей иронии. — Что тебе нужно?
— Ты не очень-то вежлива с гостями, — обиделся Саймон.
— Прости, но я не настроена сейчас с кем-то разговаривать…
— Я просто хочу, чтобы ты поняла, что происходит…
— И что же происходит?
— Ну хорошо, — Саймон достал из своего портфеля овсяные печенья и принялся хрустеть ими, немного действуя мне на нервы. — Я очень хочу помочь тебе.
— Чем ты можешь мне помочь?
— Только представь… все твои сны будут вещими, ты сможешь читать будущее, и при этом лишь спать.
— Я думаю тебе пора домой, — Саймон все больше досаждал мне своей глупой и бессмысленной болтовнёй.
— Что-ж, — засунув печенья глубоко в карман, сказал он. — Будь, по-твоему.
Мы резко очутились в незнакомом мне доме, в маленькой уютной гостиной с высоким диваном и решетчатыми окнами. Саймон долго смотрел на меня, и заметив мой озадаченный вид, снова заговорил со мной.
— Мы можем оказаться где ты захочешь, — сказал он.
— Но, — я была ошарашена происходящим. — Как ты… как мы оказались здесь?
— Ты этого захотела, ты можешь быть где угодно, ведь это сон.
— Сон…
— Ты никогда не умела различать реальность от нереальности, я прав? Стоит поучиться. Вспомни, что ты делала, незадолго до того, как мы встретились.
Я не нашла, что ответить Саймону, так как не могла отвергать его правоту. С самого детства мне не удавалось отличать сны от реальности, но для меня это не было проблемой. Свои сны я никогда не помнила.
— Молчишь, — с ухмылкой сказал он. — Выходит я прав.
— Да ты прав, Саймон. Ты здесь не для того, чтобы меня бесить, верно? Так научи меня.
— Это не сложно сделать самой, — Саймон протянул мне руку и добавил. — Доверься мне.
Мы оказались в каком-то парке, где очень приятно пахло жасмином.
— Ты помнишь это место? — дружелюбно спросил Саймон.
— Кажется, нет.
— Это парк Аламедо в Мехико. Ты была здесь очень маленькой. Здесь мог бы быть и я, но не совсем так, как ты предполагаешь.
— Объясни…
— Боюсь, ты не поверишь мне.
— Саймон, прошу тебя, я готова верить уже во что угодно.
— Угодно тебе?
Саймон подловил меня. Кажется, он понимал все, что я чувствовала и думала. Меня это слегка успокаивало.
— Кажется, я готова ответить на твой вопрос, — сказала я. — Что я видела последним, перед тем как уснула. Я узнала правду о себе и о своей семье.
— Ты узнала не все. Твоя мама была вынуждена покинуть Вениакор, чтобы защитить своих детей. Теодор и ты… вы были в большой опасности… как и я. Она смогла уберечь вас. Меня же она потеряла…
— Не понимаю…
— Мама была беременна мной, — Саймон держался, в то время как я не сдержала слез. — Она пожертвовала мной, спасая вас, не осознано, конечно. Я не виню ее ни в чем, клянусь тебе. Я рад, что смог увидеть тебя, на мгновение я будто ожил.
Саймон дружелюбно улыбнулся и отпустил мою руку. Я смотрела ему в глаза, прокручивая в голове его историю, которую мне не удавалось осознать. В один миг, мальчик, который беспрестанно действовал мне на нервы, стал мне другом… братом.
