Алан и сам, на самом деле, думал уже, что ничего такого. Но что-то не отпускало его, никак не отпускало. Ему подумалось вдруг, что если быть честным - нельзя сказать, чтоб все особенно сторонились Виктора, или же Виктор сторонился всех. Скорее, его словно… не было. Словно он сливался с фоном, растворялся, становясь «одним из», а не собой конкретно. Что-то говорил отец как-то о том, как и почему так делают, если б он слушал отца, а не себя…
И Алан сделал то, что не думал, что когда-нибудь сделает. Он сделал шаг навстречу и ментально «врезался» в сознание Виктора.
– Что вы скрываете?
Разница в две позиции не стоит ничего, когда один - хорошо обученный взрослый, а другой - юноша с ментальными проблемами и сложностями с самоконтролем. Но Виктор не ожидал… И в сознании его, всего на миг, мелькнул раскрытый чемодан с покоящимся в нём тёмным предметом, похожим на мяч для регби…
– Вы! Это были вы! Какого чёрта, как вы могли!
Широкая и сильная ладонь зажала ему рот.
– Молчи! несчастная насмешка над именем великого отца… Есть вещи, в которых ты ничего не понимаешь, поэтому молчи о них!
«Что здесь нужно понимать? Вы чуть не убили нас всех!»
«Откуда я мог знать, что вас с матерью понесёт на этот рейс? Ты сорвал всё! Это ты чуть не убил! А я должен был - вернуть…»
«Помогите! Помогите, кто-нибудь!»
Алан неловко отбивался руками и ногами, но с тем же успехом, кажется, он мог подраться с вот этим кораблём за его спиной. Он пытался бить ментально , но это тоже было уже бесполезно - ограждённый безупречным блоком, Виктор только морщился, словно просто ветер бросал в лицо холодные, злые дождевые капли. Он подтащил мальчика к зазору в конце мостка, откуда хорошо виднелись внизу огромные тяжёлые шестерни подъёмного механизма…
Только убедившись, что все окна и двери в доме надёжно заперты, они смогли наконец перевести дух.
– Запас воздуха в баллонах на исходе.
– Я думаю, скафандры всё же можно снять. Я несколько раз смотрела на датчики – по-прежнему ничего… Видимо, биологическая угроза это всё же вот оно, по-моему, на одну несчастную планету достаточно…
Аминтанир всё же колебался, но когда Виргиния без дальнейших раздумий освободилась от скафандра, последовал её примеру.
– Честно говоря, это прекрасная возможность… обзавестись чем-то полезным, - землянка прошлась по комнатам, захлопала дверцами шкафов, - не знаю, как ты, а лично я не против бы была переодеться. Не то чтоб меня что-то не устраивало в моей одежде, но я живу в ней безвылазно уже как-то ненормально долго. А военная форма, которая имеется на нашем корабле, во-первых, немногим лучше твоего нынешнего одеяния, во-вторых, не по размеру ни тебе, ни тем более мне.
– Виргинне, но это… это чужое!
– И где в ближайшем радиусе ты видишь собственников этого добра? По-видимому, они бежали без оглядки, раз побросали это всё… А может быть, стали жертвами этих вон любителей свеженького мозгового вещества, и в таком случае одежда им тоже едва ли нужна. Знаешь, что мне это напоминает? Компьютерные игрушки… У вас, конечно, ничего такого в помине нет, ну, я тебе покажу при случае… О господи, нет, ну удачно мы попали… Эти ребята одевались ещё зачётнее вас, как в этом можно ходить? У нас это был 19 век.
Аминтанир рассеянно переминался с ноги на ногу, пока Виргиния пренебрежительно перебирала длинные пышные платья и замысловатые корсеты.
– Ничего не поделаешь, придётся остановиться на мужском прикиде, как куда более практичном… Да, кстати, если тебя всё ещё мучит вопрос, где мы, то я, в кои веки, кажется, знаю. Папаша как-то читал статейку, пересказал потом мне. Мы, что печально, в секторе Центавра, то есть, неплохо я дала маху при вводе координат… Или это так извращённо их интерпретировал компьютер, хотелось бы знать, почему… И что ещё печальнее, мы на карантинной планете, не помню, увы, её название, населённой на редкость замечательными существами… Ну, мы с ними уже познакомились… Так, с нижним бельём всё как-то совсем печально, то ли они не оставили ничего сносного, то ли просто обыкновенный бюстгальтер для них совсем культурно неприемлем, везде только эти корсеты…
Виргиния сбросила блузку, Аминтанир моментально отвернулся, едва не хлопнувшись с обморок.
– Так, посмотрим, нет ли здесь ещё чего, что может пригодиться…
Дверь ванной комнаты Виргиния открывала, на всякий случай с оружием наизготовку. И не зря – внутри их поджидали.
– Ну блин… Двери и окна заперли, да… Так вот – оно внутри!
Тварь, покачнувшись на тонких щупальцах, спружинила, бросилась… В бластере, как нельзя более своевременно, кончился заряд. И Виргиния просто шарахнула монстра ментальной оплеухой. Совершенно не задумываясь, как и что делать, автоматически. Тварь сползла по стене, издав утробный вяк, и осталась лежать у стены, вяло подрагивая щупальцами – по-видимому, оглушённая, но живая. Виргиния, вернув в кобуру бесполезный бластер, взяла запасной и для верности – какой-то длинный металлический шест, нашедшийся в углу – кажется, это была оконная гардина, и приблизилась.
