– Кто? Тася? Да ты что! Хотя… Черт ее знает. Она вроде дура, а вроде и не дура.
– Не в ее интересах, чтобы ты ушел к другой. А двадцатилетняя девушка тебя без квартиры не примет. Она ведь приезжая?
– Точно. С Украины.
– И ты решил жениться, – задумчиво сказал Алексей.
– Я сына хочу, – заныл Кит. – У тебя-то есть.
– Хватит о детях. Давай о деньгах.
– Да что ты заладил: деньги, деньги. Я, вон, на звонки не отвечаю, – Кит вынул из кармана вибрирующий мобильник. Звук он отключил.
– А ну, дай сюда! – протянул руку Алексей.
– Не веришь? Ты мне не веришь?! – Кит с обидой отдал ему вибрирующий телефон.
«Шуренок, зайка», – прочитал на дисплее Алексей. Аж скулы свело от приторной пошлости. Зайка, значит.
– Хочешь, сам у нее спроси, – честными глазами посмотрел на него Кит. – Я не знаю, как ей сказать, что у меня деньги сперли. Она ведь меня с миллионами ждет.
– Что, и хатку уже присмотрела? – Алексей задумчиво посмотрел на дисплей.
– А как же.
– Надуют тебя, Кит, – усмехнулся Алексей. – Сдается мне, не зайка твой Шуренок, а рыбка. Акула которая. Дорого ты заплатишь за свой кризис среднего возраста. Ты подумай, пока я деньги твои ищу. Хорошенько подумай. – Он встал.
Поднялся и Кит. Повел носом и оживился:
– Чу! Хавчик к нам в переговорку несут! Колбасой докторской пахнет!
Алексей и сам почувствовал голод. И с досадой посмотрел на часы. Нет у него времени чаи гонять. Поэтому он ограничился тем, что взял с подноса, который несла девушка, пару бутербродов, а кофе решил купить в автомате. Дойдя вместе с Китом до переговорки и пропустив вперед девушку, Алексей позвал:
– Тася, можно тебя на минутку?
Он увидел, как до корней волос вспыхнула Маврушкина. И понял: знает! Вот так пассаж! Таисия вполне могла украсть эти деньги! Она знала, что у мужа любовница и догадывалась, на что пойдут миллионы от продажи
Кит посторонился с кривой усмешкой, пропуская к дверям жену. Остальные жадно накинулись на бутерброды. Все уже успели проголодаться.
– Ты чего спросить-то хотел? – поежилась Таисия.
Она, как и в первый день, была в платье, которое натянулось на ее грузной фигуре, подчеркивая выпирающий живот и складки на талии. В молодости Таисия была хороша, как бывает хороша деревенская молодуха, чья участь тащить на себе домашнее хозяйство и тешить по ночам охочего до полных и упругих женщин мужа. Румяные щеки, толстая русая коса, крутые бедра. Но такие женщины быстро стареют и становятся грузными. В народе их называют тетками.
– Эй, тетка, куда прешь!
Или:
– Тетя, вас здесь не стояло.
А на этих тетках, можно сказать, мир держится, потому что в отличие от почти бестелесных красоток, украшающих жизнь, тетки эти никакой работы не боятся. Нянечки, медсестры, продавцы на рынке, уборщицы… Алексей знал, что Тася закончила в юности какой-то техникум, но даже не удосужился спросить, какой именно. Она для него всегда была просто Тасей, хлебосольной соседкой по даче, матерью одной из подруг его дочери. Ксюша с охотой лопала домашние пирожки и плюшки, которые пекли у Маврушкиных и нахваливала Тасину шарлотку. Саша даже ходила как-то к Маврушкиным за рецептом.
Сердце у Алексея сжалось. Теперь он вынужден подозревать Тасю в краже, забыв об их многолетней дружбе. Ибо к Тасе он в отличие от Кита, которому давно уже не верил, относился с симпатией. И он, как можно мягче сказал:
– Поговорить надо. Идем.
И повел ее в угол, на диванчик. Какое-то время они молчали. Алексей тяжело вздохнул, Тася ответила коротким, но болезненным вздохом. Словно выпустила из пышной груди спертый воздух.
– Знаешь? – коротко спросил Алексей и посмотрел Тасе прямо в глаза.
Она разревелась. Алексей выхватил из кармана пачку бумажных платочков, которую взял, чтобы протирать сомнительные поверхности перед тем, как до них дотронуться. Он чуть не вырвал из пачки сразу с десяток платочков и сунул их Тасе:
– На. Тушь размажешь.
Тася благодарно всхлипнула.
– Гад он, – сказал она и шумно высморкалась. – Паразит неблагодарный… Что мне делать-то, Леша?
– Да вроде как все уже сделала, – намекнул он.
– Ты это о чем? – Тася отняла от лица испачканный платочек, в разводах черной туши и морковной губной помады.
– Где деньги, Тася? – тихо спросил Алексей.
Соседка по даче молчала.
