– Почему же я заменил «куклой» только один конверт? Почему не три? – с иронией спросил он.
– Преступник мог преследовать две цели: деньги и срыв сделки, – внимательно посмотрел на него Алексей. – Неизвестно, что важнее. Если я не найду деньги, будет суд. А как у нас суды работают, известно. Кто первый добежал. Вы человек влиятельный, с большими связями.
– Вычислили меня? – усмехнулся Верещагин.
– Альбина Андреевна вас узнала. Вы зампрефекта в ее округе. Ваши фото мелькают в местной газете. Ее бросают в почтовые ящики. Я газет не читаю, но Альбина Андреевна человек старой закалки. Она читает.
– Что ж, я и не скрываю, что я – чиновник, – Верещагин спокойно отпил кофе. – Это что, криминал?
– Нет, это не криминал, – Алексей тоже был спокоен. – А вот то, что вы квартиру за пятнадцать миллионов покупаете… Я понимаю, что это для вас ничтожная сумма. Но по вашей зарплате выходит, что вы себе и такую квартиру позволить не можете.
– А вы знаете, какая у меня зарплата?
– Я знаю, что чиновникам вашего ранга не положено покупать собственность, да еще за нал. Это крупная покупка. А крупные покупки людей государственных вызывают вопросы.
– Квартиру не я покупаю, а мама. Она выиграла эти деньги в лотерею. Об этом писали в газетах. Альбина Андреевна ведь их читает, – насмешливо сказал Верещагин.
– Прелестная рождественская сказка, – вздохнул Алексей. – Любящий сын купил маме в подарок лотерейный билет. Всего один. И, о чудо! Мама выиграла пятнадцать миллионов! Ну, за кого вы меня принимаете?
– А что вас смущает? – Верещагин откинулся на спинку дивана и одним глотком допил кофе.
– В каком ТЦ вы купили лотерейный билет? Или, может, в киоске?
– В супермаркете на кассе, – невозмутимо сказал Макар Иванович.
– В каком именно?
– Я что, помню? Это было давно.
– Да в том-то и штука, что не продавали эти лотерейные билеты на кассах в супермаркетах. Их в салонах связи только продавали.
– Ну, значит, я купил его в салоне связи.
– Вы знаете, как они выглядят? – с иронией спросил Алексей. – Боюсь, вы от меня услышали об их существовании.
– Ну, знаете! По-вашему, я живу за высоким забором и не представляю себе, что в мире делается!
– Именно. Вы его видите исключительно из окна своего персонального автомобиля. Нет, Макар Иванович, не покупали вы лотерейный билет. Вам его дали.
– Плохие шутки, – нахмурился Верещагин.
– Я как-никак мент. У меня богатая уголовная практика. Отмывание денег через лотерею трюк не новый. Еще итальянские мафиози им пользовались. Ну и наши взяли на вооружение. Нет, все по-честному. Билеты печатаются в типографии, все правила соблюдены. Тираж заявленный, водяные знаки, номера… Все чисто, никакого криминала. Только накануне тиража приезжает в типографию человечек с чемоданчиком, и нужные билеты аккуратно складывает в него. Для нужных людей. Вы, скорее всего, и не деньгами платили за билет. Услугой. Очень удобный вид взятки. Кто-то выиграл тендер на благоустройство вашего округа. Так? Это само собой стоит больше пятнадцати миллионов, но я уверен, что вы договорились. И остальные деньги со временем пристроите. То-то вы вокруг Юли вьетесь. Там денежный интерес, а не только симпатия. У Юли большой круг общения, она имеет дело с недвижимостью. Для вас это золотое дно, вам взятки надо пристраивать. Не жена, а клад.
– Да что вы себе позволяете, – пробормотал Верещагин. Алексей увидел, как он порозовел. Похоже, мысли Макара Ивановича угаданы верно.
– Я, увы, в отличие от вас мало что могу себе позволить, – он вздохнул. – Мне бы эти деньги вернуть, за проданную квартиру. Они пока еще не мои. А вот вы… О! Вы действительно человек обеспеченный. Только вклады – вещь ненадежная. Слухи идут, Макар Иванович. Крайне неприятные для вас слухи. Всех будут проверять. Особенно чиновников. Откуда деньги? Это не просто пандемия. Это чистка рядов. Вот вы и подсуетились.
– Вы соображаете, что говорите? – нахмурился Верещагин. – По-вашему, я заранее знал о пандемии и подсуетился. Денежки пристроил. А может, это я ее и организовал?
– Не вы лично. Но есть теория заговора. Мол, нет никакого коронавируса, есть интересы крупных корпораций. В мире кризис перепроизводства. Вот и надо почиститься. Есть ведь версия, что вирус создан искусственно, – внимательно посмотрел на него Алексей.
– Так вы бог знает до чего договоритесь, – поморщился Макар Иванович. – Вы лучше бы деньги искали.
– Так я и ищу. СкажИте, в день, когда закладывались ячейки, вы лично выпускали пакет с банковскими конвертами из рук? Может быть, давали кому-нибудь подержать?
– Нет, он все время был при мне, – резко ответил Верещагин.
– А второй?
– То есть?
– Пакетов ведь было два, – тихо сказал Алексей. – Один все время был у вас в руках, это вы правильно сказали. А второй вы дали маме подержать. Мама пошла в туалет…
– Вы намекаете на то, что моя мать воровка?! – высоко, по-бабьи взвизгнул Верещагин. Операционистка в ближайшем окне вздрогнула и подняла голову. – Да как вам не стыдно обвинять пожилую женщину!
– По-вашему, воруют только молодые?
– Моя мать не нуждается в деньгах!
– Возможно, вы правы.
– Конечно, прав!
