Трактир «Чем Бог послал», меню на 29.08.1993:
«Салат из цветной капусты и кабачков.
Суп-пюре из свежих грибов со сметаной.
Рыбные котлеты с цветным картофельным пюре.
Сладкий пирог с яблоками.
Приятного аппетита!
С уважением и заботой
Хозяева».
Доска объявлений в трактире «Чем Бог послал»:
«Милые гости! Ну что сказать, завтра опять у нас собирается Дискуссионный Клуб, то есть на Кабинет не рассчитывайте. Зато наш шеф-повар Ковалевский наконец-таки довел до совершенства свою знаменитую Гурьевскую кашу, зачем-то заморозил ее (довольно грубо ответив, что так надо, оставьте меня в покое) и намерен угощать ею всех, причем первая порция (доза) — бесплатно. Ваш Георгий».
Жилище Господина представлялось Урсуле большим и странным, впрочем, оно таковым и являлось. Квартира располагалась в старом доме, в документах он назывался «здание постройки до 1917 года», а на деле был возведен в конце девятнадцатого века. Господин радовался, как дитя, пересказывая и даже немного изображая в лицах имевший место недавно ремонт, когда вскрывались полы и взглядам открылись безупречные каменно-твердые бревна.
Изначально это был доходный дом богатого купца, торговца сахаром и мецената. Далее здесь расположилась коммуналка, воронья слободка и змеиное гнездо. Господин от старой планировки оставил только кухню, помещение королевских размеров с двумя окнами и полукруглым балкончиком. Кухню Урсула рассматривала со страхом — кроме газовой плиты
(с шестью разновеликими конфорками, господи!), стоящей островком посредине, она не могла опознать предметов бытовой техники. Засыпая первый раз в комнате, выделенной ей Господином, она только и думала, что придется готовить, готовить на чужой кухне, на кухне Господина!.. Вспомнив о Его пристрастии к яйцам «в мешочек», запаниковала окончательно. Кажется, их варят строго определенное время. Минуту? Две? Десять? «Блин, черт, хрен, — ругала себя Урсула, — ну почему, почему я не взяла из дома „Девочки, книга для вас“[11]? Там точно есть и про „мешочек“, и про сырники, даже с картинками…»
Поутру Урсула обнаружила Неизвестную девушку в одной из комнат, называется библиотека, по стенкам книжные шкафы, письменный стол размером с теннисный и пара кресел. Еще камин. Отлично функционирующий камин с колосниковой решеткой. Так называл массивные металлические прутья, переплетенные причудливо, Господин.
Неизвестная девушка разбрызгивала на стекла книжных шкафов аэрозоль «Секунда» в синем узнаваемом баллончике. Получившиеся сугробы энергично растирала мягкой на вид ветошью. На светлом паркете валялась небольшая стопка газет, очевидно, для финальной полировки. Девушка была в смешном желтом халатце, фартуке с грудкой и клетчатой ленте в волосах. Босая. Шлепала пятками по полу, пятки немного прилипали и забавно чавкали, отлипая.
— Здравствуйте, — сказала воспитанная Урсула.
— Здравствуйте, — радостно ответила Неизвестная девушка. — Мне хозяин сказал непонятно, что медведь. Я испугалась, но подсмотрела в комнату-то. А там, слава богу, никакой не медведь, а наоборот — вы. Это хорошо!
— Да, — согласилась Урсула. И еще раз поздоровалась: — Доброе утро.
— Ну, я бы даже сказала, день. — Неизвестная девушка потыкала себя пальцем правой руки в запястье левой, крупные электронные часы показывали без пяти минут двенадцать, значит, Господин уже четыре часа как на работе. — Кушать-то будете? Кашу хозяин велел овсяную, а вы спите да спите, я пока и не готовила еще, кто ж захочет перестоявшую?
Урсула отказалась от нелюбимой овсянки, взойдя на кухню, смолола кофе и сварила в латунной турке с тяжелым дном, украшенным пентаграммой — знаком качества советского образца. Ей было страшно неловко общаться с домашней работницей Господина, не было у нее такого опыта. Урсула решила быстренько выпить кофе, сбежать на улицу, отсчитать часа два, чтобы наверняка, и вернуться потом в пустую квартиру.
Но Неизвестная девушка появилась через какое-то время, была весела, представилась Анфисой, похвалила вкусный запах. Урсула сварила кофе и ей.
