– Он умер. Жаль, конечно, но, может быть, это и к лучшему. Айман, крепись, ты еще молодая, родишь себе здорового ребенка и будешь счастлива. – Потом со вздохом добавила: – Вот и отмучился бедняга, да и все вы отмучились. Завтра утром приходите в поликлинику за справкой, я все доложу и приготовлю бумаги.
Она отозвала меня в сторону:
– Нужно решить вопрос с аутопсией. Вы же знаете законы: смерть на дому даже при установленном диагнозе требует вскрытия. Зайдите к главному врачу, может быть сможете решить этот вопрос.
Я кивнул, а потом сказал:
– Большое вам спасибо. Вы всегда спешили к нам, несмотря на тяжелый диагноз и неутешительный прогноз…
Женщина внимательно посмотрела на меня:
– Выезжать по вашему вызову всегда было очень тяжело, потом, бывало, целую неделю настроение неважное. Было жаль всех вас: и мальчика, и Айман, и родителей.
Я промолчал, а только кивнул головой. Да и что тут скажешь!
Алибек вздохнул и снова закурил. В это время принесли ужин. Я разлил водку по рюмкам:
– Алибек, мне трудно что-либо сказать или дать какой-то совет. Давай лучше выпьем за царствие небесное для его души! Мы с тобой хотя и не православные, но обычай этот хороший и смысл тоже хороший. Ты, несмотря ни на что, проявил милосердие.
Мы выпили и помолчали: каждому нужно было собраться с мыслями.
– Как сейчас твоя сестра? Жизнь наладилась?
Алибек посмотрел на меня с некоторым удовлетворением:
– Да. Сейчас у нее все хорошо. Она снова вышла замуж, только муж ее старше. Он уже был женат, и у него есть дочь от первого брака. Полгода назад Айман родила здорового сына. Муж ее счастлив, и она тоже – каждый счастлив по-своему. У них новая квартира, живут отдельно. Родители с ними постоянно общаются, праздники встречают вместе, их дом всегда полон гостей. А вчера, когда я зашел к ним попрощаться перед отъездом, Айман подошла ко мне, крепко обняла и тихо сказала:
– Алибек, я все знаю. Спасибо тебе, мой дорогой!
Снова наступила пауза… Я смотрел на друга и думал: «А смог бы я так поступить? Не знаю, скорее всего да, а может быть, и нет. Проблему он решил, равновесие в жизни восстановлено. Кто-то должен был взять на себя эту ответственность. Он смог, хотя страдал, боролся и сомневался. Я думаю, что он вспоминает этого мальчика каждую ночь».
Мы молча пошли по вечерним улицам Алматы. Светили огни реклам, вывесок магазинов и кафе. Я проводил Алибека до гостиницы, потом поймал такси и поехал домой. Всю дорогу думал об услышанном. Да и сейчас, вспоминая эту историю, испытываю сложные чувства.
Существует ли загробная жизнь? Часть населения земного шара верит в нее и активно пытается доказать ее наличие. К примеру, авторы некоторых телевизионных программ горячо убеждают своих зрителей в существовании жизни, так сказать, «за кадром». Ну а мы не будем долго рассуждать об этом, а сразу перейдем к реальной истории.
Однажды некий гражданин по имени-отчеству Виктор Михайлович умер и попал в загробный мир. Вышло это случайно: его сбила машина, когда он, торопясь, перебегал улицу на запрещающий сигнал светофора. В том, что он попал на тот свет, никто не виноват. Разве что светофор, который горел особенно ярким зловеще-красным светом, или его жена Клавдия Семеновна, которая приказала ему скорее идти домой после работы, потому что заболела ее мама и нужно было срочно нанести визит в больницу…
Попадает Виктор Михайлович в загробный мир и видит такую картину: везде снуют какие-то полупрозрачные типы, которые могут ходить, летать, а то и просто мгновенно перемещаться в пространстве. Одеты они как попало, вернее так, как они были одеты в момент смерти. Некоторые совсем без одежды, то есть голые, но никого это не смущало. Многие мило беседовали, вернее общались телепатически, не издавая каких-либо звуков. Виктор Михайлович одет был вполне прилично для находящейся здесь компании, так как он возвращался со службы. На нем были темно-синие джинсы с обвисшими коленями, белая безрукавка с накладным карманом, а в руках – потертый кожаный портфель, какой обычно носят бухгалтеры. Стояла полная тишина. Виктор Михайлович даже несколько обиделся и разочаровался при виде такой картины.
«А говорили, что есть рай и ад», – подумал он с сожалением. Но тут возник солидный мужчина с внешностью распорядителя и спросил:
– Вы давно здесь?
– Только что прибыл, – автоматически доложил Виктор Михайлович без тени удивления.
– Вы находитесь в распределителе. Сейчас мы вас отправим по назначению.
– А куда?
– Комиссия по рассмотрению работает. Скоро получите решение.
Мужчина исчез.
Виктор Михайлович остался как бы в подвешенном состоянии. Действительно он висел – не сидел, не стоял, а именно висел в пространстве.
«Невесомость, что ли? – подумал он и поймал себя на том, что может мыслить. – Я мыслю, значит существую. Это уже интересно. А как я здесь оказался и что тут делаю?» Его сознание постепенно начало приобретать какую-то логику. Тут он смутно стал вспоминать, что перебегал дорогу. «Значит, я умер. Но я же еще молодой, мне рано умирать. А как же квартальный отчет?! И вообще, где я?!»
