Вампир мне категорически не нравился. Не нравилось, как он смотрел, ещё больше не нравилась самоуверенная усмешка, которая после моей крови стала ещё больше выражена, не нравилось даже само то, что я связалась с кровососом… а уж то, что мне приходится пассивно ждать – и вовсе сводило с ума. Могу ли я верить, что вампир добросовестно выполняет договор? Мало ли, какие есть подводные камни в магическом договоре с вампиром? Вдруг я что-то упустила, и он пошёл развлекаться, решив довольствоваться малым, и не претендуя на оставшиеся шесть глотков?.. А вдруг пока я тут нервно стискиваю руки и наматываю круги по набережной, Рравеш умирает?.. И я вместе с ним… Может быть, это мой последний… предпоследний шаг? И его последний вздох…
Вампира не было, если объективно, не так уж и долго, хоть мне и показалось, что прошла почти вечность, ну или, как минимум, полночи. И веяло от него, когда вернулся, кровью. Не моей. Человека. Может, даже нескольких человек. Я поморщилась. Действительно ли для победы – в моём случае выживания – все средства хороши?..
Так называемый Филипп вызывающе вздёрнул бровь, но высказался исключительно по делу:
– Надо лететь. Быстро.
Без единого слова я тут же перекинулась в орла, а сердце, которое и так было уже давно не на месте, кажется, подпрыгнуло куда-то ещё выше, чуть ли не в самое горло. Вампир оплёлся вокруг туманом, и я даже толком не успела взмахнуть крыльями – понёс куда-то в сторону тёмных туч, через которые изредка выглядывала луна.
Перед глазами маячил всё тот же туман, инстинкты требовали махать крыльями, но они безнадёжно увязли, а в мыслях билось одно, самое сокровенное: “только бы не опоздать!”… Наверное, было бы легче, если бы я сейчас выбивалась из сил, преодолевая ветер, но меня нёс туман, и не было никакого шанса отвлечься от ставшего вдруг совершенно ясным и невыносимым понимания: не успеваем.
Наконец, туман и я вместе с ним резко спикировали вниз, и марево перестало маячить перед глазами. Вот только…
– Опоздали, – сказал вампир, кажется, ещё до того, как вернул себе человекоподобный облик. – Тебе же нужен тот, который на алтаре, да?..
С первого взгляда место, куда он меня принёс, было похоже на заваленную камнями обычную лесную поляну, какой алтарь, о чём он? Просто место в лесу… с бездной вместо земли. Нет, чуть приглядевшись, я поняла, что это не бездна, а чёрные камни, настолько чёрные, что поглощают любой свет… и ровно по центру этой дурацкой поляны лежит Рравеш, а вокруг… о, вокруг ходит Айгор.
Я рванулась вперёд, как была – орлом, затем, когда ничего не получилось – туман сменился на цепкие руки вампира, сжимающие мои крылья ещё крепче – перекинулась в человека, в очень сильного человека, но вырваться всё равно не смогла.
– Ритуал уже начался, – задумчиво и совершенно спокойно пояснил вампир мне на ухо. – Чёрный разбужен. Он сожрёт и тебя, если ты туда войдёшь.
У меня не было ни сил, ни желания объяснять, что мне и так не жить – почему-то это даже казалось неважным, лишь бы добраться до Айгора до того, как он всадит ритуальный клинок паладину в сердце… но вампир продолжил, словно бы я ему возразила:
– Этот бледный заберёт силу у ещё живой жертвы, сначала сила, потом жизнь, так что твой поводок, скорее всего, спадёт сам собой, метаморф Фил. Ты будешь жить, и будешь жить свободной… Разве это плохо?
Слова вампира звучали бессмысленным, раздражающим шумом. Я видела, как камни и в самом деле наполняются ещё большей чернотой, жадной, липкой, противоестественной…
– Отпусти! – взмолилась я, но вампир словно и не услышал.
– Рравеш… – тем временем заговорил Айгор. Если паладин и слышал его, то никак не отреагировал, со стороны казалось, что он без сознания. Но моего бывшего хозяина это ничуть не смущало. – Ты слишком много раз переходил мне дорогу. Из-за тебя меня не приняли в паладины… – Пинок. – Ты сорвал мне выгодную женитьбу! – Ещё пинок. – Да ты даже метаморфа у меня отобрал! Но теперь справедливость восторжествует, Рравеш. Ты за всё мне ответишь! Знаешь, я даже был рад, что ты смог удрать из Инквизиции. Потому что ты должен вернуть мне моё, и ещё ты должен мне компенсацию…
Я меняла облик за обликом, полуосознанно, в попытке найти хоть один, который сможет вырваться из цепких рук вампира. Напрасно… Усиленный моей же кровью, кровосос был поистине непобедим, не помогали ни смена размера, ни шипы, ни скользкая чешуя…
А ритуал тем временем продолжался и перешёл в активную стадию – выплеснув все свои обиды, Айгор начал нараспев читать какое-то заклинание и чертить ножом руну на груди паладина, прямо через одежду…
Я сделала ещё один отчаянный рывок, но надежды уже не осталось – Айгор, коротко замахнувшись, всадил клинок в грудь паладина.
