— Я коротких путей не ищу, они меня сами находят, — сказал Миха и положил леденец в рот.
— Чем триста лет питаться падалью, лучше раз напиться живой кровью, — сказал Никита.
— Пушкин. «Капитанская дочка», — уточнил Миха.
— Моя бабушка уверяет, что она знает двух гениев — Пушкина и меня. Но в Пушкине она иногда сомневается. — Никита засмеялся, Миха отвернулся.
— Возьми почитать, — сказал Никита. Он протянул книгу в серой обложке. На ней серыми буквами было написано: «Причины необходимости подчинения авторитетам». Миха механически положил её в рюкзак.
— Разве есть какая-то необходимость в подчинении? — спросил он.
— На этом основана жизнь в обществе. Собственно, я изучаю проблемы иерархии. Иерархия необходима. Как говорит моя бабушка, всегда были слуги и господа. Так было и так будет. Вся система построена на необходимости подчиняться. Не хочешь подчиняться — станешь изгоем.
Мимо проходящий пассажир бросил прямо на Миху листочек бумаги. Миха хотел возмутиться, но не стал. Листочек был состаренным и обгоревшим. На нем, по-видимому, пером было написано: «GUTTA CAVAT LAPIDEM». Википедия подсказала: «Капля точит камень».
В иллюминаторе показался Ламанш, и Миха перестал волноваться. Изумрудный цвет воды, зеленый берег, маленькие аккуратные коричневые домики, становящиеся всё ближе. Шасси коснулись полосы. Миха оказался там, где проживали красные двухэтажные автобусы и мишка Тедди. Получив вещи, они вышли из аэропорта. В этот момент какой-то бомж сильно толкнул Миху. Миха оглянулся, тот протягивал руку, Миха достал 100 рублей и отдал ему.
— Как он их потратит? — удивился Никита, но фунты не вытащил. Миха ничего не сказал, и они пошли дальше. Встречающих не было. Их не встретили ни мужчина, ни женщина. Довольно долго они добирались до университета, находящегося в другом графстве, на автобусе. Только через несколько часов Миха зашел в комнату в общежитии. Кровать, письменный стол, провод для интернета, за окном — парк. На листочке появилась строка — ET LIBERA NOS A MALO. Какая сила писала на нём текст? Может быть, он просто ничего раньше не знал о силах этого мира?
— Не поскользнись, — предупредил Никита, когда они подходили к главному входу в университет.
Решив организационные вопросы, Миха отправился в близлежащий город. Ему хотелось где-нибудь увидеть обычных людей. Интуиция подсказывала ему, что Никита не совсем обычный и не совсем случайный. Идти Михе пришлось довольно долго, расстояние было километров пять. Вокруг росли березки. Всё-таки на земле всё очень похоже — и люди, и природа. Город, в который он направлялся, оказался небольшим и уютным. Он дошел до парка и сел на скамейку. С ним рядом села девушка со смешными косичками. Она сказала: «Вас будут ждать напротив Нельсона завтра в восемь». Закладкой в её книге была сухая роза. Завтра в восемь. Отдавалось в голове. Березки качались и качались — сильный ветер или он очень устал. Пройдя дорогу обратно пешком, Миха упал на кровать, не раздеваясь, и заснул.
Он стоял на Трафальгарской площади, было довольно темно. В восемь часов около колонны Нельсона появился человек в цилиндре, фраке и с тростью. Оглядевшись, он направился прямо к Михе. Джентльмен, приподняв цилиндр, поздоровался. Фрак на джентльмене был изрядно потерт в некоторых местах и даже заштопан нитками. Издали человек показался Михе высоким и стройным, а при ближайшем рассмотрении оказался маленьким и худым. У него немного дергался правый глаз. Внешность его не вызывала доверия, но делать было нечего. Видимо, он ждал именно Миху. Джентльмен провел его по паре узких улиц. Они спустились в подвал, вошли в темное помещение, которое оказалось кафе. Сели за столик. Разговор джентльмен начинать не спешил, его лицо изменилось — стало серьёзным и сосредоточенным. Зажегся свет, и Миха оценил красоту места. Кирпичные своды, горящие факелы, звучащий Моцарт.
— Я всё-таки люблю эту планету, — сказал джентльмен, берясь за вилку и нож, — что-то в ней есть. Хотя полный кошмар. Знаете, что я вам скажу. Всё дерьмо на планете, его только вычистишь — кажется меньше. Нет, оно увеличивается сразу и в геометрической прогрессии. Сейчас мы просто тонем в дерьме. По планете ходят дерьмопроизводящие заводы. И таков порядок вещей. — Джентльмен засмеялся. Он достал из кармана платок, и Миха увидел розу, вышитую золотом. Под ней стояла надпись: «ET LIBERA NOS A MALO».
— Что это значит? — спросил Миха.
— Надпись? Странно, что вы не знаете этой фразы. Это просьба о свободе от зла, — сказал старик и внимательно посмотрел по сторонам.
— Зло — это несвобода? — уточнил Миха.
— Совершенно верно, — старик кивнул и снова посмотрел по сторонам.
— Почему под розой?
— «Sub rosa», под розой — то, что навеки останется тайной. Давайте обсудим, что вы собираетесь делать? — Руки старика немного дрожали. Он заметил, что Миха увидел это, и тут же улыбнулся.
— Я должен найти одного сэра, — сказал Миха.
— Сэр перед вами. Сэр Патрик, — старик кивнул головой.
— Мне нужен другой, но я не знаю, где его найти, — сокрушенно сказал Миха.
