— Незнание — это не преимущество. Относительно знания: Лондон — столица мировой моды. Купите себе что-нибудь, из джинсов и футболок вы уже выросли. «Eugene was free, and as a dresser, made London’s dandy his professor»2. Я бы сам вам посоветовал, но, увы, мало времени. Погуляйте, оглядитесь, Лондон — столица мира, так что одежду вы найдете.
— Что вы мне хотели сказать? — спросил Миха.
— Cказать… Кстати, вас не затруднит оплатить наш ужин? Понимаете ли, я сейчас практически без средств.
— Где я могу найти этого сэра?
— Я его последние 100 лет не видел.
— А что значит «GUTTA CAVAT LAPIDEM»?
— Овидий жил на перекрестке эр. Пустые сердца — это камни. Любовь — капли. Капли любви разрушают черствость сердец. Капля любви может спасти, если тьма человека ранит или убивает. Кроме того, здесь с годами каменеет сердце. Вот от того, чтобы сердце не стало камнем, у нас есть флакончики с каплями. Но и капля не поможет, если за вас возьмутся NVешники. Человека, которого вы ищете, найти трудно. Он сам вас найдет, если захочет.
Он попрощался, а Миха только сейчас увидел, что в кафе все столики заняты. Он вышел и побрел по темному Лондону к метро. Была слабая надежда, что он успеет на последний автобус, но он не успел. Пришлось искать первый попавшийся bed and breakfast. Вставать в пять утра и ехать в университет, чтобы успеть на первую пару.
Больше на листке никаких заданий ему не писали. Никто пообщаться с ним желания не изъявлял. Где искать сэра Николаса, он не знал, и с чистой совестью поехал на побережье. Он ехал в автобусе. Хотелось купить рваные джинсы, отрастить волосы, колесить по этим дорогам, что-нибудь тихо наигрывая на гитаре.
Городок встретил свежим морским ветром, каруселями, игровыми автоматами и небом в облаках. Миха полетал на карусели над морем. Зашел в кафе, в котором сидели выглядевшие очень довольными пенсионеры. Достал взятую у Никиты книгу. Заметил странного человека, который все время нервничал и оглядывался. Столики стояли близко друг к другу, и он отчетливо увидел выгравированные золотом буквы NV на кожаном кошельке. Человек заметил взгляд Михи. Оглядел его с ног до головы, посмотрел на книгу, быстро закрыл кошелек и подсел к нему. Он смотрел на Миху огромными серыми глазами.
— Деньги есть? — спросил он.
— Есть, — ответил Миха.
— У меня нет, — сказал человек. — Если не расплачусь, они вызовут полицию. Он кивнул головой в сторону официанта, который за барной стойкой протирал тарелку, усыпанную розами. — Могу предложить кое-что купить, — продолжил он.
— Я не планировал ничего покупать, — ответил Миха, человек ему не нравился.
— Это бумага о помиловании. 18 век, не вру, — сказал он, усмехнувшись.
Миха взял в руки сверток и развернул. Это была бумага о помиловании на предъявителя. Под текстом стояла витиеватая подпись.
— Зачем она мне? — спросил Миха.
— Наивный, — ответил человек. — Такую книгу читаешь, а правил не знаешь. Бумага Им Самим подписана. С такой бумагой нигде не пропадешь. Меня она много раз спасала. Кого захочешь — того имя и впишешь. Мыслью. Хорошая бумага, ценная.
— Зачем тогда продаешь?
— Потому что эти на хвост сели, — кивнув головой в сторону официанта, сказал он, — теперь она уже не поможет.
— Сколько? — спросил Миха. Он не знал, для чего она ему, но в случайности уже не верил. Заплатив 200 фунтов, положил бумагу в рюкзак.
Две буквы N и V, переплетенные косой. Он вернулся в университет, сёрфинг выдал несколько вариантов, но все они не подходили. Названия магазинов, компаний, инициалы. Одна из ссылок его заинтересовала, она вела на словарь латинских фраз. В нём была подсвечена строка: «Nеrvuis vivendi». Нерв существования. В ком или в чём нерв существования? Или может быть зашифровано что-то другое? Но что? Фраза «Nescio Vos». Не знаю вас? Или Nescit vox? Сказанное слово? «Nolens volens»? Волей — неволей? Или Nolentes volentes? Хотят они или не хотят? Non vi? Не силой? Non vitae? Не для жизни? Что означают эти буквы? Какой организации это символ? С кем он столкнулся? Выкупленную бумагу он положил во внутренний карман куртки, рядом с караваном. Он приоткрыл коробку и убедился — они там. И их очень много.
В пятницу Миха закинул рюкзак на плечо. Он дошел до железнодорожного вокзала и сел в поезд, идущий в Кембридж. Знал он о городе немного: в нём один из лучших университетов мира. Вот собственно и всё. По реке плыли лодочки, он гулял, достал листочек. Увидел на нем новую надпись: «Пройди десять шагов направо, сядь на скамейку». Он умел слушаться. Прошел и сел. Конечно, этого старика просто приставили к нему. Он увидел знакомый фрак и цилиндр. Джентльмен бежал, немного хромая на правую ногу и усилено махал рукой. Похоже было, что он его звал и что-то показывал. В это время мимо уха просвистела пуля. Теперь Миха понял, вздрогнул, вскочил, нагнулся и побежал к махавшему.
— Быстрее, быстрее, — причитал старик. Несмотря на возраст и хромающую ногу, он бежал быстро.
— Еще быстрее, да поторопитесь вы, молодой человек! — наконец, старик махнул рукой, и они быстро спустились в подвал какого-то дома.
