— Великолепен. Постарались на славу, девочки тоже в восторге.
— Отрадно слышать. Не стесняйтесь обновлять меню по мере необходимости, Золотце и Изумруд весьма смышленые и знают множество рецептов.
В холле усадьбы можно было увидеть огромные портреты Пушкиных. По центру — нынешний глава Рода, высокий и статный мужчина с кучеряшками. В принципе, почти все были с кучеряшками, разве что у Татьяны, которая была изображена здесь еще маленькой девочкой, оказались просто волнистые длинные волосы. Черного оттенка с зелеными прядями, как Владимир и рассказывал.
Коридоры, несмотря на ожидаемую роскошь, не выглядели слишком помпезными. Гостевой дом явно смотрелся куда вычурнее… Немного украшений, без излишеств в растениях и нагромождения мебели тоже не видать. Функционально, но приятно взгляду.
Вскоре мы оказались у двери в кабинет. Владимир постучал, послышалось приглашений войти. Похоже, что здесь не было обилия слуг, которые обычно служили прослойкой между дворянами и гостями. Бегали бы, спрашивали разрешения зайти или постучаться… Ближе к делу, да? Неплохой подход.
Кабинет не отличался по обстановке от других помещений. Хороший и явно дорогой стол, сувениры на полках, строгие тона обоев. Без броской и вульгарной дороговизны в виде самоцветов, несуразной лепнины и прочего. Алексей отличался от своего портрета не очень сильно — разве что выглядел немного уставшим.
— Отец. Я привел Петра Константиновича, как ты и просил. Пётр Константинович — это Алексей Александрович Пушкин.
— Добро пожаловать, — коротко сказал Алексей, оценивающе глянув на меня. — Присаживайтесь.
— Благодарю. Это честь — познакомиться с вами лично.
— А вы неплохо воспитаны. Есть над чем поработать, но когда Алексей рассказал мне о мальчишке с улицы, я ожидал несколько иного, — усмехнувшись, сказал Алексей. — Чего же вы добиваетесь, Пётр Константинович? — строго спросил мужчина, буквально сверля меня взглядом. Без псионики, но эффект не меньше. Я ради интереса уже оценил данные, конечно.
Такое я уже встречал, и речь не о причудах, полученных из-за родства с чудью. Подозреваю, что так отображались артефакты.
— Простите, я не совсем понимаю вопрос.
— Из рассказов сына я понял, что вы ищете возможность получить титул, избегая при этом простых путей, — продолжил Алексей, а Владимир кивнул. — Хотите основать свой Род, хотя чаще всего пожалованное дворянство не позволяет вашим детям перенять титул. Требуется очень весомый вклад, и, надеюсь, вы это осознаете.
— Отец, разрешите добавить, — склонил голову Владимир.
— Конечно, сын.
— Как преподаватель, я бы хотел отметить, что нередко в школу поступают дворяне, являющиеся детьми личных дворян. Получение титула вдохновляет на новые подвиги.
Ого, ради меня даже мотивационные речи с примерами решили сделать. Что ж, я благодарен. Они же не знали, сколько мне лет на самом деле, и на всякий случай хотели намекнуть, чтобы я не останавливался на достигнутом.
— Хорошее замечание. И все же — важна цель. В наше время многие стремятся за титулом ради мимолетных привилегий, престижа, денег. Создать Род — благодарная миссия, но является ли она единственной? — продолжил глава Рода.
Я почувствовал покалывание в висках. Вот оно что, решили оценить мою истинную цель. Не могу их винить, все-таки я действительно уже немало отличился, и понять мои цели — резонно, особенно перед тем, как обучать. А то можно и проблемы себе создать.
Алексей не мог пробить ментальный блок, но я подумал, что куда удобнее будет дать считать правду. Это будет куда действеннее в этой ситуации, чем сохранять ауру таинственности.
— Без титула я слишком ограничен в возможностях. Став дворянином, я смогу отыскать свою сестру-близнеца. Мы расстались больше десяти лет назад, и я ничего не знаю о том, что с ней произошло. Создав Род и прославившись, я тем самым дал бы ей понять о том, что я жив и со мной все в порядке, но даже если она и не услышит обо мне, открывшиеся возможности помогут ее отыскать.
