— Ну и дура, — безразлично пророкотал он. — Не хотела, так сказала бы.
Таи от обиды готова была снова разрыдаться, но стерпела. Тем временем незнакомец начал неторопливо спускаться к ней. Оглядев ее с головы до ног, он втянул в себя воздух, а потом наклонился и легко поднял ее на руки.
— Куда ты несешь меня?
— Ты хочешь здесь умереть?
— Нет.
— Тогда не все ли тебе равно?
Таи притихла. Если он не собирается ее насиловать, если не бросит здесь, разве в действительности так уж важно, куда они сейчас двинутся? Хуже, чем здесь, быть уже не может.
Вода была удивительной. Теплая и мягкая, словно расплавленный шелк, она обволакивала тело. Кира закрыла глаза, потому что постоянно менявшиеся образы мешали сосредоточиться на ощущениях. Она не знала, входила ли в зловонное болото или кристальной чистоты озеро. Единственным подлинным чувством было невероятное блаженство, охватывающее все больше по мере погружения в воду.
Кира забыла обо все на свете: об Аргусе, оставшемся на берегу, о своем невеселом детстве, о неудавшейся юношеской поре, полной забот о том, чтобы выжить. Она ощущала, что именно в эти мгновения обретает то, чего ей так не хватало, знания, кто она, для чего создана, где ее место.
Вода дошла до подбородка, лизнула губы, заставила задержать дыхание, когда поднялась до самых глаз. И, наконец, водная гладь сомкнулась над ее головой.
Кира смотрела сквозь толщу воды на образы, которые стали являться ей с потрясающей скоростью. Вот она совсем малышка, впервые видит картины из будущего, толком не понимая, что это. Мать испугана, не решает сообщить отцу о том, что у дочки, возможно, какие-то проблемы с психикой. Вот она предсказывает смерть близкого человека, от нее уже шарахаются, как от проклятой, бояться услышать что-то, что будет касаться конкретно каждого из них. Друзья, смеющиеся над ней, а потом перешептывающиеся в уголке, когда ее насмешливое предсказание относительно итогов контрольной оказалось удивительно точным.
Кира закрыла глаза и открыла их вновь. Все вокруг было залито светом, настолько ярким, что хотелось зажмуриться. Но она не посмела.
Трое удивительной красоты созданий сидели возле фонтана в светлом, почти белом помещении, не имевшим ни стен, ни каких-то пределов. Атмосфера вокруг женщины была яркой, переменчивой, будто ее фигуру окутывала радуга. Светловолосая, с яркими, как звезды глазами, она излучала сияние. Мужчина подле нее играл тремя небольшими шарами. Красного, оранжевого и бирюзового цвета, они легко скользили между его пальцев. Он, как ловкий фокусник, управлялся с ними одной рукой. Его волосы, словно огонь, могли осветить путь в кромешной тьме, а лукавые глаза сулили то ли беду, то ли наслаждение. Третий мужчина, стоявший поодаль, был красив суровой, даже мрачной красотой. Смуглый, черноволосый, он внушал страх и вместе с тем приковывал взгляд. Разворот его плеч говорил о том, что он был воином, привыкшим держать в руках оружие.
Цветные шарики, с которыми причудливо управлялся рыжеволосый красавец, вдруг взмыли в воздух. Женщина засмеялась, воин нахмурился. И в этот самый момент Кира увидела странный предмет, вдруг появившийся перед троицей. Украшение или оружие, это было изделие тонкой работы, неземной красоты. Несколько браслетов, соединенных между собой цепочками, сверкающими камнями и витыми узорами из драгоценного металла, плавно переходили в кольца. И от того кольца, которое находилось посередине, шел своеобразный шип, длинный, и острый, в основании закрепленный причудливым плетением из драгоценного металла, блестевшего ярче золота. Этот шип был гораздо длиннее пальцев рыжеволосого мужчины, Бога, в чем Кира больше не сомневалась. На его руке Талисман заиграл, замерцал, набирая силу. Кира теперь точно знала, что это такое. Самая желанная вещь в Веретене Миров, самая могущественная и невероятная. Благодаря этому Талисману можно было создать все с нуля или уничтожить целые цивилизации.
И словно в доказательство этого маленькие шарики, неподвижно висевшие в воздухе, завертелись с невероятной скоростью, и в один миг волна света и энергии вспыхнула вокруг них, раздвигая пространство, взрывая его, меняя, превращаясь в новые миры, наполненные жизнью.
Кира почувствовала, что задыхается. Ей не хватало воздуха, но она не могла оторвать взгляда от Талисмана, блестевшего на руке божества. Все ее внимание было сосредоточено на блестящих изгибах металла, на переливающихся камнях, на остром конце, светившемся, словно звезда. Вдруг его очертания начали меркнуть, расплываться. Картинка на заднем фоне тоже начала исчезать, меняться. И вместо трех Богов-Прародителей Кира увидела человека в длинном балахоне, стоящего у подножия широкой лестницы храма. Теперь он держал Талисман, высоко подняв его над головой и выкрикивая слова заклинания. Его старческая рука дрожала, будто священная реликвия была слишком тяжела для него.
И когда Талисман вспыхнул, будто родилась сверхновая звезда, старика отбросило назад с невероятной силой, от него практически ничего не осталось, как и от храма, где он находился.
