— Неужели вы ослепли и поглупели от страха?! — вдруг желчно бросила им другая пленница, высокая, крепкая русоволосая девушка, гораздо старше их. — Она же нищенка! Какой от нее прок? Ищите себе мягкого взглядом хозяина, который не будет вас бить каждый день и насиловать каждую ночь. Может, попадется какой-нибудь глупец, кто купит одинаковых лицом девственниц для уборки дома да готовки еды.
— Я ищу свою сестру, — ответила Таи. — Ее зовут Леа, она похожа на меня, только младше. Пять дней назад ее похитили разбойники. Ее и еще несколько человек из нашей деревни наверняка продали в рабство.
— Таких здесь полным полно, — ответила все та же высокая девушка, презрительно морща губы. — Всех и не упомнишь.
— Нет, похожей на тебя, с такими же глазами точно у нашего хозяина нет, — ответила одна из близняшек, в то время как вторая жалобно всхлипывала.
Таи кивнула в знак благодарности и побрела дальше, рассматривая рабов. Она выделялась в толпе роскошно и просто добротно одетых мужчин и женщин, с недоумением взирающих на бродяжку, разглядывающую рабов так, будто она намеревалась их купить. Но девушка не обращала на них внимания. Она обошла дважды каждого торговца живым товаром, расспрашивая у них о своей сестре, заглядывая в понуренные лица, но все безрезультатно. Ее сестра через этот рынок не проходила.
Таи упала духом. Она добрела до угла одноэтажного здания, в котором располагалась мастерская стеклодува и небольшая кузня, присела на каменный выступ фундамента, нагретый солнцем, и уронила в руки лицо.
Таи была молода и всю свою жизнь провела в уединенной деревне, лишь изредка выезжая сюда со своей семьей. Она не знала больше никаких других крупных центров, где имелись базары, никогда не была в городе, а уж в другом мире и подавно.
Куда ей теперь идти? На что существовать? Где взять еду на сегодня?
Таи учуяла прекрасный запах рагу, исходивший из раскрытого окна дома напротив. Какая-то пухленькая румяная женщина выставила на подоконник блюдо с дымящимися хлебцами, видимо, приготовленными как раз к обеду. Девушка сглотнула слюну, желудок сжался от голода.
Можно было подойти поближе, незаметно протянуть руку и быстро спрятаться в конце улицы в толпе снующих туда-сюда людей.
От этой мысли Таи покраснела. Она отвернулась от соблазна и встретилась с проницательным взглядом черных глаз. Мужчина, вышедший из кузни, был старше ее, но не того же возраста, что и ее отец. Темноволосый, с широкой грудью и массивными плечами, с перепачканным сажей раскрасневшимся от жара лицом, он был невысокого роста, но очень крепкий и сильный. Его огрубевшие черты смягчала белозубая улыбка, лукавая, но привлекательная. Казалось, он понял, о чем только что подумала Таи. От осознания этого она смутилась еще больше, будто ее уже уличили в краже.
Она решила уйти, но он окликнул ее.
— Ей, девушка, не спеши.
Она остановилась, но не сказала ни слова.
— Ты голодна, ведь так?
Таи было стыдно признаваться в этом, словно голод был чем-то постыдным. Она никогда не отказывала в помощи скитальцам, забредшим в их края, всегда давала с собой полную торбу еды, но просить самой — это было невыносимо унизительно. Поэтому она лишь сильнее наклонила вниз голову, не решаясь кивнуть.
— Я хочу предложить тебе миску горячей похлебки. Не бойся меня. Мы съедим ее тут же, в открытой каждому взору кузнице. Горшочек уже нагрелся на камнях, пообедай со мной.
И он протянул ей огромную, мозолистую руку. Таи боялась незнакомца, возможно, и не державшего никакой скрытой мысли за этим простым, щедрым предложением, но была так голодна, что, осмотревшись по сторонам на людную улицу, все же подошла ближе. Кузница полностью просматривалась, деревянные ворота с массивными кованными засовами, которые запирали, когда заканчивали работу, сейчас были полностью распахнуты. А на краешке каменной кладки, которая обрамляла горн, действительно стоял средних размеров глиняный горшок.
Мужчина улыбнулся, и на его щеках Таи заметила крохотные ямочки. Такие же, как у Леа. Ее сердце дрогнуло, она решила, что это знак — ему можно довериться.
Она неуверенной походкой прошла внутрь, осматривая наковальню и огромные молоты, странные железные тиски и чан с водой. Земляной пол был рыхловатым, истоптанным тяжелыми сапогами с подкованными каблуками и носками, без циновок или сена, чтобы искра не стала причиной пожара.
— Присядь вон там, подальше от огня, иначе тебе будет слишком жарко, — сказал кузнец, снимая с себя заскорузлую рубаху. Он наклонился к чану с водой, умылся и плеснул на себя из кружки.
Таи завороженно наблюдала за ним. Крепкое тело, созданное тяжелым физическим трудом, с большими мощными руками, с темной порослью на бугристой груди. Узлы мышц перекатываются под кожей.
Этот мужчина был ниже, чем ее отец и брат, но массивнее. Казалось, что он может гнуть железо, не прибегая к помощи наковальни и молота. Невольно она вспыхнула оттого, что засмотрелась на него. А ведь он все заметил. И искорки в черных глазах так и поблескивают.
— Как тебя зовут?
— Таи.
— А я Илиа. Ты путешествуешь?
