Мы с Юрой во ВГИКе учились одновременно. Он – на факультете художественном, я – на сценарном. Я на третьем этаже, он – на четвёртом, где и актовый зал. Среди своих сокурсников он был отличником, наилучшим рисовальщиком. Всем подрисовывал на их рисунках головы и лица натурщиков. За это они в шутку прозвали его «Юра точь-в-точь». Порой и я дома в шутку называла мужа «точь-в-точь».
Грек из Афин Сократ был воистину христианин ещё до рождения Христа. Сократа считают почти предшественником Сына Божия. Всем известна ирония Сократа, его юродство, его мудрые слова. Он некрасив снаружи, но душою прекрасен, знал истину. «Теперь я знаю, что ничего не знаю», «Познай самого себя» – то есть своё малое место в мире… «Слово – серебро. Молчание – золото». Он знал, что душа бессмертна…
Детские дворовые игры середины прошлого века. Салочки, прятки, жмурки, вышибалы, классики, штандер, третий – лишний, догонялки, прыгалки и пр.
Отъезжанты-релоканты – это всё негодяи, враги России… Даже если и возвращаются, они – ждуны, враги потенциальные и навсегда.
Повторю за моим мужем, художником Ракшой, его постулат. Всего в три слова. «Талант – это сострадание».
Семейное воспитание всегда должно совпадать с общегосударственным. Тогда в жизни страны и гармония будет, и покой.
Очень трудно об этом говорить без эмоций. Про Курск и про юбилей Носова. А ведь прозаику-курянину Евгению Ивановичу Носову скоро исполнится сто лет со дня рождения. Три года назад я написала и издала о нём книгу «Письма чужой жене» (там и его личные письма мне, их более сорока, дорогое эпистолярное наследие). К юбилею я собиралась послать в Курск подарок – посылку с этими редкими книгами. Хотела порадовать курян, но… Укронацисты, эти неофашисты мерзавца-беса Зеленского, пробили нашу границу южнее Курска и с войсками ринулись на нашу землю. Захватили вглубь километров на двадцать-тридцать. Круша и расстреливая любые жилища до нуля, всё живое. И теперь в области идут, грохочут бои. Бои жестокие: артиллерия, танки, взрывы и кровь. И потери, потери. Однако наши (и воины, и волонтёры) успели-таки спасти от гибели и кошмаров, эвакуировать из окрестных сёл и посёлков почти сто пятьдесят тысяч человек мирного населения. Женщины, старики, дети. Их всех расселяют и в Курске, и в других безопасных зонах. В общем, там сплошное горе и труд, хлопоты и слёзы, слёзы. Так что курянам сейчас не до праздников, не до памятных дат и юбилеев. И не до книг тем более. А жаль. Столетие – это всё-таки дата серьёзная. И Носов (Герой Социалистического Труда. Ему даже памятник там поставили) – очень достойный русский писатель. Может, после победы всё же отметим его юбилей?.. А мы обязательно победим. Иначе и быть не может (22.08.2024).
Беспилотные дроны наших врагов-укрофашистов последние дни уже летят на Москву. Об этом через СМИ говорил наш мэр Собянин. Господи, Сыне Божий, спаси и помилуй нас, грешных.
– А какой из своих рассказов вы цените больше других?
Я задумываюсь.
– В разные годы разные. Жизнь меняется, и автор меняется. Его творчество – тоже.
– Ну а всё-таки любимый рассказ-то есть?
Секунду молчу.
– Конечно, есть. Он всегда один и тот же. Всю жизнь. – Журналистка приготовила ручку. – Но я названия вам не скажу…
– Почему?..
– А потому что это всегда тот, который пишу сейчас, сегодня. Он и есть всегда самый важный и самый любимый.
Мне думается, что с годами КПД моей прозы растёт. Коэффициент полезного действия на чувства и мысли читателя возрастает (КПД в речи – это количество информации в единицу времени). Пишу плотнее, нагруженней и… легче. Слежу за ритмом, музыкальностью фразы, то есть за поэтикой, поэтичностью. Про смыслы я уж и не говорю. Без смысловых нагрузок и за перо браться нельзя. В художественной прозе должен работать закон единства формы и содержания. То есть гармонии. Порой у меня это происходит интуитивно, легко и вдохновенно. Как с неба приходит. А порой – позже, уже в редактуре, в кропотливой, ювелирной «чистке». Я очень, очень люблю эту черновую работу. Она ведь тоже вдохновенна. Как последнее полосканье сотканного и вымытого белья на берегу проточной реки.
Детская игровая считалочка во дворах Останкино, у нищей барачной шпаны середины прошлого века: «Тили-тили тесто. Жених и невеста. Тесто упало, жениху попало. Чок-чок, пятачок. Вставай, Яша-дурачок. Где твоя невеста? В чём она одета? Как её зовут? И откуда привезут?» и т. д.
