Всё, всё хорошее делай для Бога, ради Бога, во имя Бога… Сокровища на небесах. Только сокровища души и ценны на небесах. Ведь мы, каждый из нас, проживаем три жизни. Одна – тёплая, утробная, во чреве матери (потому-то и кричим, появляясь на белый свет), вторая – земная, многотрудная, грешная, к которой чересчур привыкаем, а третья, коли Господь даст, – самая прекрасная, вечная.
Слово «Евангелие» в переводе с древнеарамейского на греческий – «Благая Весть». Не забывай это.
Вне Христа добра не бывает. Это всегда лукавство в овечьей шкуре. Не верь их лукавым лозунгам, призывам, хотелкам. Например, «Свобода, равенство, братство» – это ложь и сатанинский призыв к бунту, войне, революции и пр., и пр.
Не забывай: жива ещё в глухой сибирской тайге одинокая отшельница Агафья Лыкова, последняя в роду староверов Лыковых. Отгоняет медведей от своей избушки красными флажками, сажает картошку, овощи на огороде. Есть коза, которую привезли ей на вертолёте. Бог её очень любит.
Есть медицинский термин – «вязкое сознание».
Для детей и взрослых. Две шутки. «А и Б сидели на трубе. / А упало, Б пропало. Кто остался на трубе?» Ответ: И.
«А и Б купили дом. / Долго жили в доме том. / А уехал за границу. / Б простыл и лёг в больницу. / Кто остался в доме том?» Ответ: Б.
Интересно подсчитать, а какими ещё профессиями (кроме, конечно, дипломно-вузовских, литературно-сценарных) я обладаю? Кем смогла бы работать? Получать зарплату, бабки на пропитание? И вот что вышло.
Шофёр, тракторист, учётчик, повар, учитель (литература, язык русский, немецкий, история, музыка – фортепиано, рисование), командир роты (поскольку имею звание полковника казачьих войск), домработница…
Вот, пожалуй, пока и хватит. Вспомню, потом допишу.
Надеюсь, даст Бог мне написать задуманное эссе «Три точки на карте». Название неслучайно. 1. Останкино (Москва). 2. «Урожайный» (Алтай). 3. «Лужки» (Верхняя Волга). Это три судьбоносные, реперные географические точки и на карте, и в моей судьбе. Но главное – это и указательные красные точки истории моей благословенной Родины.
Порой, когда начинает болеть голова, глотаю таблетку и сердечно говорю: «Работай, трудись, голубка моя, Ваше величество память моя историческая. Я на тебя надеюсь».
А моя благоверная внучка со своим мужем-русофобом (зять номер два), видно, решили меня совсем доконать. Методом судебного вымогательского выматывания. Задумали изнурить, измотать меня, старушку, и психически, и физически. Чтоб я не могла своё любимое дело делать. Сочинять, прозу писать. Чтоб стала с ума сходить и чтоб «мозги набекрень»… Но я пока, дорогая моя садисточка, ещё держусь. Богу молюсь. У рода Никольских-Ракшей есть ещё против бесов порох в пороховницах. Война-то идёт священная. «В жизни у каждого должно быть своё Поле Куликово», – Ю. Ракша.
А я ведь энергичная, заводная, страстная… Неслучайно, наверно, получила казачье воинское звание. Полковника. Награда высокая, ответственная… И все документы в порядке. Даже теперь есть медали за победы. За какие? За разные. По трудам. Мои книги тоже воюют, как солдатики в окопах, как сержанты по блиндажам.
Мама учила меня, малышку, танцевать и гопак, и барыню, и яблочко, и лезгинку. Она громко аккомпанировала на нашем звонком чёрнолаковом пианино «Красный Октябрь». А я – косички корзиночкой – задорно танцевала, послушно кружилась, скакала вокруг стола. И при этом пела разные куплеты-песенки к танцу: «На заборе птичка сидела / И такую песенку пела: / „Несмотря на рваные ботинки, / Мы танцуем танец кабардинки…“». Или: «Эх, яблочко, куда ты котишься? / Ко мне в рот попадёшь, не воротишься… / Эх, яблочко, да на тарелочке. / Кому водку пить, а кому к девочке…»
Просто штрих к портрету. Я давно заметила: у любой кошки есть на мордочке, верней, между глаз, на переносице, на мелкой шёрстке, некая пограничная полоска. Она надвое делит направление роста всех волос. Вниз от неё к мягкому кончику носа – самые мелкие. А вверх, к ушкам, и далее по спине, шерсть идёт в другую сторону, уже длинная. Так надо и гладить – ПО, а не против шерсти. И в благодарность кошка твоя тотчас замурлыкает. А вообще-то все эти Божии твари – сплошная загадка. Чудо. Всю жизнь со мной рядом. Я их обожаю.
В СССР после войны в продмагах продавались вместо натурального масла такие продукты: комбижир, китовый жир, маргарин, лярд (забытые ныне названия). То есть синтетика вместо масла. Сливочное масло продавалось только по детским спецталонам, по карточкам.
Доброта в нашем мире, к сожалению, наказуема. Даже пословица есть: «Не делай добра – не получишь зла».
Моя личная история буквально повторяет историю моего Отечества. Такова уж судьба.
Мои книги – это практически учебники. И литературы, и истории, и психологии. Их надо читать постоянно и школьникам, и старикам. Очень надеюсь на это.
