— М-да, либо я чего-то не знаю о происхождении видов, либо я чего-то не знаю о твоем прошлом…
Ну, что я мог сказать? Разве что припомнить, что в детстве — еще в том, первом, далеком детстве! — мне частенько снились сны о полетах на таких вот крыльях? Или что потом, уже в старости в том мире, у меня была приставка с виар, а в качестве одной из фитнес-игрушек в прикупленном мною паке шел в том числе виртуальный симулятор птичьего полета? (Кстати, на удивление неплохой, как я потом понял).
Еще несколько раз Аркадий попробовал взлететь с земли, и все время неудачно. Из того, что было заметно внешне, он как минимум еще один раз разодрал щеку, а уж сколько заработал синяков — одному Проклятью ведомо.
— Ладно, — процедил он после очередного падения, отряхивая джинсы. — Пойдем пробовать с высоты.
— На крышу? — предположил я.
— Зачем на крышу? Тут рядом обрыв над морем, как раз удобно.
— Чтобы сразу о скалы долбануться и не мучиться?
— Там высота-то смешная, мне регенерация даже боль почувствовать не даст. Зато хоть будет время сообразить, как эти крылья распахнуть.
Сказано — сделано. Мы даже в ворота выходить не стали, просто перемахнули изгородь с колючей проволокой наверху и направились сразу к обрыву: санаторий расположился на высоком берегу. День стоял ясный, солнечный. Если смотреть на разноцветно-полосатую морскую гладь, можно было даже забыть, что стоит зима.
— Ну, я пошел, — сказал Аркадий, положил Смеющегося Жнеца на землю и сходу сиганул вниз.
Я вытянул шею, следя за его полетом. Да, полетом! Взрослый Тень красиво распахнул крылья и мягко спланировал на галечный пляж внизу. Даже не ожидал, что это со стороны так классно смотрится!
Я слетел следом.
— Видишь, я же говорил, что инстинкт сработает!
— Он сработал, — Аркадий взмахнул Жнецом, которого он, оказывается, уже снова держал в руке. — Только совсем другой инстинкт. Самосохранения.
Блин! Ну, по крайней мере, бывший бессердечник правда не суицидник. А то я местами уже начинал сомневаться.
— Слушай, прости, — вздохнул я. — Похоже, хреновый из меня учитель!
— Очень может быть, что это не при чем, — перекрикивая шум волн, ответил Аркадий. — У меня есть гипотеза, в чем тут может быть дело! Проверю — расскажу.
— Тебе же нельзя учить!
— Учить нельзя, а обсуждать — можно… — тут он посмотрел на часы. — Ну все, наше время истекло. Пора тебе забирать девочек и Свистопляса, лететь с ними в горы, на попытку инициации.
Что ж, будем надеяться, эта попытка получится успешнее!
p.s. Поставь лайк, погладь Разведчика!
Стадо нимф-светорогов, пасущееся в горной долинке, выглядело… Премиленько. Этакие белые зефирки, вольготно прыгающие по свежему снегу и разрывающие его в поисках непонятно чего. Похоже, просто для развлечения… А, нет! Их «пастухи» — команда космозоологов, ответственная за этих ручных тварюшек — разбросала для них по снегу фарш и кусочки мяса. Почему-то так, а в не в корыте, как я видел по трансляции… Впрочем, зоологам виднее.
«Пастбище» было огорожено знакомой мне металлической сетью, представлявшей собой сплошную антенну Искровой башни. Которая здесь тоже имелась, к ней в это изолированное местечко даже тянулась линия электропередач!
У подножия Искровой башни высилось несколько наборных домиков и даже крупных армейских палаток — такая вот лаборатория изучения метакосмоса. Снаружи, если не считать стада светорогов, она казалась ничем не примечательной! Если не знать, ни за что не догадаешься, что здесь ведутся прорывные исследования.
Мы прилетели туда на вертолете — для разнообразия, не армейском, а вертолете медслужбы, характерной красно-белой окраски. Но экипаж был военный и встретила нас тоже охрана базы: непримечательный мужик, который отрекомендовался капитаном Поляковым.
Он пожал мне руку, спросил:
— Кирилл Ураганов, от магистра Кузнецова?
Я кивнул.
— Мы вам писали, чтобы вы чуть позже прилетели, — сказал Поляков. — А так подождать придется. Сейчас специалист подойдет, он лучше объяснит.
На его лице, кстати, не появилось ни малейшего удивления при виде нашей пестрой компашки: шестеро явных детей-волшебников (мои девочки были одеты в свои бело-синие платья, а Свистопляс щеголял легким пальто и явным предметом-компаньоном), Марина в куртке и шапке и я — непонятно кто в моем боевом комбинезоне.
Тут появился космозоолог — высокий бородатый человек в форменном пуховике с эмблемой Службы и в колоритной меховой шапке. С удивлением я узнал в нем моего старого знакомца Константина.
— Всадник Ветра! — воскликнул он, когда я протянул руку для рукопожатия. — Давно не виделись! И уважаемые Девочки-Лошадки!
— Теперь мы предпочитаем, чтобы нас называли Ураганным Отрядом, — с улыбкой сообщила ему Рина.
— Отличное название, — одобрил Константин. — Меня предупредили, что для вас нужно будет групповые прорывы создавать?
Я кивнул.
