И сейчас те ощущения накатили вновь: еще не прогретый солнечными лучами ветер, запускающий длинные невидимые пальцы в её волосы, холодный воздух обжигающий легкие, тупая боль в боку — она ведь тогда очень быстро бежала, влажная трава — убежала, даже не обувшись, и шумное дыхание, и бешеный стук сердца. И только у качелей Вероника остановилась. Тех самых, что ей на день рождения когда-то подарил отец.
Слезы обиды невыносимо жгли глаза, горела кожа на лице, но это все скоро пройдет. Слова матери оставили некую пустоту в районе сердца. Будто вырезали кусок души. Не болит… Просто, горько и одиноко как-то. Тоскливо.
Как и тогда, Вероника опустилась на качели. Стиснула пальцы на двух цепочках — от нее остались желтые следы ржавчины. И начала раскачиваться… это помогало забыться.
Взмываешь вверх, а потом резко летишь вниз. Придать ускорение, и вот, снова вверх, а затем вниз. И никаких мыслей… только иллюзия свободы от такого «полета».
Она не сразу почувствовала его присутствие. Прикосновение к спине, легкое и ненавязчивое, будто ветер подталкивает. И Вероника поняла — ее одиночество нарушено. Вернулся хозяин.
Люцифер наблюдал за ней. Взгляд же багровых глаз остался холодным. Вероника ни разу не видела, чтобы он теплел. Считается, глаза это зеркало души. И глядя в глаза Князя, девушка нередко ловила себя на мысли, что видит там пустоту.
— Понравился подарок? — спросил он, когда качели остановились. Она кивнула и поднялась.
— Да… Как и любой твой подарок, с подвохом, — заметила.
Люцифер проговорил:
— Я ничего не делаю просто так, мышонок. Твои воспоминания, связанные с отцом… Так сочно пропитаны горечью, что я не смог удержаться, — он наклонился к ее шее, едва ощутимо коснулся кожи губами и поинтересовался. — Ты же не против, да?
— Как ты узнал… — начала было Веронике, а затем замолчала, грустно улыбнувшись. — Точно. Забыла, с кем имею дело.
Хмыкнув, Дьявол развернул ее к себе.
— Я следил за тобой, мышонок, с твоего первого вздоха… И мне всё про тебя известно. Твои страхи, радости, переживания, счастливые моменты и нет, твои неудачи и достижения. Абсолютно все, Вероника.
Она задала лишь один вопрос. Тот самый, который задавала постоянно с первого часа пребывания в Пустом Мире.
— Зачем тебе я?
— О… Такие, как ты, мышонок, редкость. Чистая душа. Светлая. Ты будто сердце Данки, которое тот вырвал из груди, освещаешь всем дорогу. Выводишь из темноты и исцеляешь. Найти тебя стоило больших усилий… И еще больших получить, — добавил, глядя куда-то вдаль.
— Ты не ответил на мой вопрос, — ей стало как-то неуютно от слов Князя. — Зачем я тебе? А не почему ты меня выбрал…
Кажется, в его глазах мелькнули лукавые искорки. Или может ей показалось?
— Ты скоро узнаешь, Вероника… Ты всё скоро узнаешь.
Спустя несколько дней Вероника получила приглашение. Ей это даже показалось забавным — она не сдержала смешка, вертя в руках белый конверт. На дорогой бумаге было всего лишь несколько слов: «Шесть часов. Будь готова». И все. Как всегда, никаких объяснений. Лишь туманный намек.
Потом же ее наоборот охватило нервное напряжение. Уже одетая она рассеянно бродила по дому, пытаясь справиться с неприятной мелкой дрожью. Шестое чувство шептало, что из этой затеи ничего хорошего не выйдет… И проходя несколько раз мимо кухни Вероника ловила себя на мысли, что не помешало бы взять с собой нож. Хоть какое-то оружие. Мнимое чувство безопасности. Зная с кем имеет дело, она ждала чего угодно.
Хозяин «забрал» ее ровно в шесть часов. Стоило стрелке подойти к заветной цифре, как привычный, даже ставший родным, дом исчез. Не успела Вероника и глазом моргнуть, как реальность вокруг изменилась. Теперь она стояла в небольшой комнате, освещенной желтоватым светом.
Тихо потрескивали поленья в камине. И длинные тени на стенах то и дело заходились в своем странном танце. Вероника глянула в сторону. В шаге находился стол, накрытый на одну персону.
— Располагайся, — подал голос Люцифер. Он стоял к ней спиной, держа в руках скрипку. — Если голодна, — он оглянулся на гостью через плечо, — можешь приступать к еде, — и, отложив инструмент, сел в стоящее в углу кресло. Его красивое лицо тотчас поглотили тени.
Вероника опустилась на стул. Скользнула взглядом по многочисленным блюдам, но аппетит не проснулся. Поэтому потянувшись к графину с вином, она наполнила свой бокал.
— Зачем ты меня позвал?
— Подумал, что тебе будет приятно вырваться из привычной обстановки, — Люцифер улыбнулся. — И есть несколько новостей. Замечательных новостей, которыми я бы хотел с тобой поделиться.
— И какие же? — поинтересовалась она, делая глоток прохладного белого.
— Ты как-то сказала мне, что рада тому, что твои родственники войдут в светлое будущее без тебя. Помнишь? — и получив ее кивок в ответ, продолжил. — Я решил помочь им с этим.
Вероника почувствовала, как внутри все сжалось. Ледяная рука легла на сердце, холодный страх приобнял ее за плечи. Он знал ее слабые места и с огромным удовольствием давил на них.
— Что ты сделал? — придав голосу твердость, спросила.
