– О, сколько нам открытий чудных... Верно: мне не стоило обманывать себя, ведь я все это время знал, что рано или поздно, но это начнется, то бишь ухудшение здоровья, или обострение заболевания – врачи не стали от меня ничего скрывать, и ничего хорошего мне не предрекли. Каюсь: несколько последних дней я стал чувствовать себя далеко не лучшим образом, но считал (вернее, боялся признаться себе в обратном) что это от усталости. Хотя стоило бы посмотреть правде в глаза, и признать, что усталость тут ни при чем – у меня год назад были такие нагрузки, которые с нынешними и близко не сравнятся, но так, как сейчас, я не выматывался...
– Понимаю... – отозвался Кирилл.
– Да уж, никогда такого не было, и вот опять... – горько усмехнулся Глеб. – А я-то рассчитывал, что у меня еще есть время... Даже старался не обращать внимания на свое хреновое самочувствие – надеялся, что ошибаюсь... Да уж, классик прав: тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман...
– Это Пушкин... – пискнула я.
– Лена, ты поливаешь бальзамом мою исстрадавшуюся душу – оказывается, ЕГЭ хоть что-то закладывает в молодые головы!.. – попытался съязвить Глеб. – Радует, что в тех головах, даже спустя время, хоть что-то остается... Я же сейчас единственное, что могу, так это рассказывать о несправедливости этого мира и тщетности всего сущего.
– Да мы все тут оказались не просто так, и не ради экстремальной турпоездки... – теперь я решила взять разговор в свои руки. – У каждого свои сложности, а иначе мы бы тут не оказались, и если безостановочно думать о тех бедах, то так и до депрессии недалеко. Так что, господа-товарищи, выкидывайте из головы все дурные мысли – все равно мы пока не в силах изменить хоть что-то. Нам надо добраться до эльфов, и, желательно, поскорей. Вот об этом и следует думать, а не о своих переживаниях, пусть они и обоснованы. Так что, стоит принять очевидное, сжать зубы и отправиться в путь.
– Ага, по дороге из желтого кирпича в Изумрудный город, где олуху с опилками в голове не помешает получить немного мозгов... – хмыкнул Глеб, после чего резко тряхнул головой. – Все, мальчики и девочки, прошу прощения за свое поведение последние четверть часа – просто не сдержался. Надеюсь, меня можно понять... Тем не менее, я обещаю, что смогу еще постоять за себя перед людьми и перед природой, мать их всех так... Прошу извинить мою несдержанность и правильно понять меня, грешного: такая жизнь и такие известия – они кого угодно подкузьмят.
– А еще, Глеб, подумай о своих тараканах... – посоветовал Кирилл. – Если начнешь горевать и страдать, так они от тоски разбегутся кто куда. Что тогда делать будешь? Новых искать?
– Ну, с тараканами в своей голове я дружу... – чуть улыбнулся Глеб. – А когда бухаю, то с ними даже разговариваю. Прекрасные собеседники, надо сказать – тебя всегда выслушают, поймут и поддержат. Хуже, когда приходит белочка и начинает их выгонять...
– Ну, со сложностями, касающимися твоих подселенцев, справишься сам, без посторонней помощи... – отмахнулась я. – Твои тараканы – тебе с ними и разбираться. Ты, главное, от нас не скрывай, когда в очередной раз плохо себя почувствуешь – мы, в случае чего, должны тебя подстраховать, ведь мало ли в какой непростой ситуации можем оказаться в тот момент. А сейчас давайте поедим, и пойдем дальше. Вернее, поползем по крутому склону. На тебя, Глеб, основная надежда. Чего уж там скрывать – без тебя у нас почти нет шансов дойти.
– Ну, это уж как получится... – вздохнул Глеб. – Я тоже надеюсь на то, мои мозговые извилины все еще не полностью отключились и работает хотя бы базовый набор.
– А я в данный момент мечтаю, чтоб на нашем пути встретилась вода... – Кирилл потряс свою фляжку, в которой вода плескалась на донышке. – Не знаю, как у вас, а у меня ее почти не осталось.
– Я бы сейчас тоже воды попил – чувствую себя, как с хорошего перепоя... – подосадовал Глеб.
Удивительно, но глупый разговор о тараканах словно разрядил напряженную атмосферу, и у каждого на душе стало легче. Мы быстро поели, и стали собираться – не стоит задерживаться, лучше поскорей отправиться в путь-дорогу.
Когда мы выбрались из-под полога еловых веток, то поняли, что солнце только еще поднимается на небо, и потому все вокруг пока что окрашено в холодный серо-стальной цвет. Полосы тумана, словно волны, стекали вниз по склону, и солнце постепенно окрашивало светом вершины гор. Пожалуй, сейчас, в тумане, нас не заметят никакие виверны.
– Так, по-прежнему идем очень осторожно, в первую очередь смотрим себе под ноги... – скомандовал Глеб. – Надеюсь, обойдемся без травм.
– Как говорится: держись, казак, атаманом будешь... – брякнула я первое, что пришло в голову.
– Мне и есаулом нехило... – отмахнулся Глеб. – Все, пошли.
