Оставшись один, местоблюститель погрузился в раздумья. Мысли его перенеслись в Ладельфию. Зачем Диоль отправился туда, неужели от обиды? Его не взяли в Титанию, оберегая от неоправданного риска, а ведь, побывав в метрополии, он уже вернулся бы домой. Теперь же судьба его не известна. Дестан винил себя за этот поворот в жизни мальчика. Как он мог, с рождения зная Диоля, не предусмотреть такой поступок? Почему не поручил новому наставнику следить за каждым шагом принца? Сможет ли Андэст вернуть Диоля во дворец, до прибытия короля? Местоблюститель поймал себя на мысли, что ждёт Энварда, нуждаясь в оценке своей деятельности. Дестан проговорил себе: «Конечно, ведь он – старший брат».
Прошлые заблуждения укоряют тем сильней, чем очевидней их последствия
60. Драконье Чрево. Выход найден
Флорен, обнаруживший узкий лаз в стене пещеры, то и дело выслушивал восторженные похвалы от многих людей. Его просили рассказать о подробностях своего открытия, но он только отмахивался. Теперь, каждый пленник Драконьего Чрева верил – к лету они будут дома! Как только щель в скале, соединяющая Сказочную пещеру и морское побережье была обследована, работы по углублению канала прекратили. Все силы перебросили на расширение «Слухового прохода» и обустройство подходов к нему. По-прежнему работы велись посменно, но менялись отряды уже через день, а не через три, как на рытье канала. Условия внутри пещеры, несмотря на её огромные размеры, тяжело переносить, и переутомление наверняка привело бы к несчастным случаям. Темнота и, как способ борьбы с ней, многочисленные костры и факелы, холодная вода и скользкие, мокрые камни усложняли работу. Однако упорный повседневный труд приносил свои плоды: водную гладь около галереи покрыли плоты, среди каменных глыб выросли сваи, поддерживающие мостки и лестницы. Выбранную из щели породу аккуратно грузили на носилки и оттаскивали по галерее вглубь, стараясь не поднимать пыль, она затрудняла бы дыхание. Некоторые особенно крупные куски сбрасывали в воду – вдоль стены пещеры оставалось свободное от плотов и мостков пространство. В самой долине работы тоже было много. Валили деревья, обрубали сучья, брёвна волокли к озеру и сплавляли в Сказочную пещеру. Заготовленные в весенне-осенний период припасы стремительно таяли. Однажды, когда зима перевалила через середину, Кармель задал беспокоящий его вопрос на Совете:
– Ваше величество, чтобы распределять оставшийся провиант, необходимо знать, будем ли мы весной сеять овёс, сажать бобы и вообще, насколько мы можем быть уверены, что выберемся отсюда этим летом?
Повисла напряжённая тишина. Король разглядывал носки своих сапог. Что ответить этому человеку и остальным, которые внимательно вглядываются в его лицо? Каждый для себя давно решил, что живут они в Пленительной долине до весны, но… не будет ли ошибкой истратить всю провизию не оставив на посев? Энвард молчал. Выручил купец, предоставивший прошлой весной зерно:
– Простите, ваше величество, что вмешиваюсь. Меня господин Кармель позвал, как раз по этому поводу. Я просил его восстановить мой запас семян. Здесь урожай был даже лучше, чем я мог ожидать, и мне бы хотелось сохранить семена ценной пшеницы для продажи.
– Эту просьбу надо выполнить, – обратился король к Кармелю. – Кроме того, оставить овёс для лошадей на обратную дорогу. Неизвестно, додумаются ли наши спасатели, что мы выведем животных через Слуховой проход. Да и вообще, питьевую воду, немного бобов, чечевицы и прочего надо будет взять с собой на корабль. Кто знает, достаточно ли у них будет припасов. Поэтому придержите, что сочтёте нужным, а сеять, надеюсь, не придётся.
Ещё не утихли зимние шторма, а выход из Драконьего Чрева был готов. Ширина его позволяла разминуться человеку, ведущему лошадь со встречными людьми. Лошадь волоком доставляла брёвна к выходу из пещеры. Строили небольшую набережную, без неё подобраться к воде по нагромождению огромных камней затруднительно, да и шлюпка, причаливая к берегу, могла разбиться. Если сделать сходни, проложить деревянный мост, соединяющий обломки скал, до выхода на глубокую воду, будет удобнее усаживаться в шлюпки, и плотами доставлять лошадей на корабль. Теперь люди трудились на суровом морском ветру, осыпаемые солёными брызгами. Это упорство глушило мысли о том, когда же придёт помощь и придёт ли она вообще. Никто не сожалел, о постройках в долине, в пещере и на берегу, хотя всё это будет брошено и никогда не пригодится. Сколько ещё ждать помощь, вот что беспокоило каждого жителя долины-ловушки. Кое-кто рассуждал о возможности связать плоты штук по шесть и двигаться вдоль берега на них, но не раньше лета.
