Дни тянулись за днями. Вот уже неделя, как принц Диоль гостил в императорском дворце. Встречу представителя полуколонии провели по всем правилам. Сын Энварда II не имел опыта, но в теории всё изучал, поэтому не выглядел ни испуганным, ни растерянным. К нему приставили человека, готового при случае подсказать необходимые слова, но мальчик в его услугах не нуждался. Император оценил усилия Энварда по воспитанию будущего короля. Диоль, несмотря на юный возраст и непривычную ситуацию, держался достойно. Хотя, кто знает, какой ценой ему это давалось. Особенно трудно беседовать с Меерлохом наедине. Строгий взгляд внимательных глаз, казалось, проникал в самые тайные мысли. Мальчик привык с доверием относиться к словам взрослых, но, как показала история с учителем Карманом, это не всегда правильно. Диоль не желал поддаваться обаянию приветливых речей и постоянно напоминал себе о том, что его похитили и силой привезли сюда.
Сегодня принц удостоен чести завтракать с императором. Стол накрыли на веранде. Ни изысканные блюда, ни благоухающие цветы, ни пение птиц в ветвях не могли отвлечь принца от его грустных мыслей.
– Как ваше самочувствие, мой юный друг? – обратился к нему Меерлох.
– Благодарю, всё хорошо. – Диоль, разглядывал лежащие на блюде ягоды клубники.
– Скучаете по родным? Это понятно! Скоро мы назначим регента, и вы вернётесь домой королём своей страны.
Мальчик ничего не ответил, только нахмуренные брови показывали, что он расслышал, сказанное императором.
– Вы не рады? – притворно удивился собеседник.
– Я рад возвращению домой, но быть королём не могу. Мой отец жив, и будет править страной по-прежнему.
– Насколько мне известно, нет надежды на спасение людей из Драконьего Чрева.
– Разве вы были там? – принц почти прошептал, но Меерлох услышал.
– Мне вовсе не обязательно быть везде, чтобы знать подробности. Верные люди докладывают обо всём важном.
– Люди могут ошибаться. Король сообщил голубиной почтой, что они обязательно найдут выход, а пока страной правит Совет Мудрейших и королева.
– И Энвард может ошибаться, неумно полагаться на возможность. Сколько они там будут? Полгода, год, два? Доверить полуколонию женщине более чем на два-три месяца нельзя.
– Почему же? Она справлялась! – возразил Диоль.
– Долгое время Рогнеда жила под жёстким руководством мужа. Теперь, когда оно утеряно, не станет ли она искать нового покровителя? – Меерлох спрашивал скорее себя.
– Зачем? – удивился мальчик.
– Так уж устроены женщины, мой юный друг. – Он помолчал, потом продолжил тоном, не терпящим возражений: – Разве могу я рассчитывать на королеву, которая будет подвержена влиянию неизвестных мне лиц?!
– Вы бы хотели рассчитывать на известное лицо, назначив его регентом? – с вызовом сказал принц.
Император дружелюбно улыбнулся:
– Регент будет помогать, подсказывать, но вы – король! Поверьте, есть много скучных, рутинных обязанностей, с ними трудно справляться и взрослому человеку. Помощь вам необходима, но это только до совершеннолетия.
– Что будет с королевой?
– Не ошибся в вас, рад! вы – внимательный сын! – Меерлох ненадолго задумался, разглядывая ребёнка. – Теперь она не обязана всё время проводить во дворце, муж её далеко. Содержание будет выделено, ведь она мать короля, хотя и не слишком заботливая, насколько я знаю. Пусть путешествует, гостит у дочери в Новом замке. Сестра ваша выходит замуж за сына Руденета пятого?
– Наставник Дестан? – спросил Диоль, кивнув в ответ на заданный вопрос.
– Кто это?
– Он занимался нашим воспитанием и обучением, – пояснил принц.
– Могу с уверенностью сказать, свою работу он выполнял прекрасно. Что ж, наставник продолжит занятия с принцессой, ведь королю не нужны уроки?
– Почему? – удивился мальчик, – Эльсиан не прерывал занятий, хотя ему уже девятнадцать. Он изучал много интересных вещей, которые и мне полезны.
– Как будет угодно! – Меерлох переменил тему: – Диоль, мне бы хотелось скрасить ваше пребывание здесь. Моя дочь Ильберта сегодня навестит вас. Она немного старше Эгреты и, говорят, чем-то похожа на неё. Надеюсь, её общество будет вам приятно.
– Очень рад, – вежливо поклонился принц, – позвольте мне уйти и приготовиться к этой встрече.
– Безусловно. Не буду задерживать, – нарочито важничал император.
