– Ума не приложу. Мы, например, приехали на Эвергрин к нашим двоюродным братьям, кроме того, маме казалось забавным пожить на острове. Но что заставляет других людей отправляться в такую глушь? – Фрея растопыривает пальцы и начинает их считать: – Работа. Бегство от чего-то. Или кого-то… – задумчиво добавляет она. – Девятнадцатилетняя девушка самостоятельно приезжает на остров, чтобы остаться. – Фрея замолкает. – Тут что-то нечисто.
Я задумываюсь: неужели Айона действительно от кого-то скрывалась?
– Эндж настаивала, чтобы мы встретились в этом пабе, – Фрея вглядывается в окно, когда таксист останавливается у края дороги. – Видимо, там неплохая еда, хотя я сомневаюсь, что в каком-нибудь пабе можно хорошо поесть.
– Не беспокойтесь, я не ожидаю многого, – тихо произношу я. – Название Болсолл-Хит звучит так знакомо, – говорю я ей, выбираясь из машины. Оглядевшись, я останавливаю взгляд на кирпичном здании на углу улицы. – Только я не знаю почему…
Я следую за Фреей, которая распахивает тяжелую дверь и входит в паб, совершенно не смущаясь его обстановкой и клиентурой. У стойки на высоких табуретах кучно сидят мужчины. Один из них оглядывается через плечо, но он слишком неповоротлив, чтобы хорошо разглядеть нас. В дальнем углу женщина вопросительно поднимает взгляд. Когда Фрея приветственно машет, незнакомка кивает в ответ.
– Как вы меня представили? – шепчу я, хватая Фрею за локоть. – Я ваша коллега?
– Она не знает, что вы приедете. Можете назваться подругой Айоны, если хотите.
Я не успеваю ответить, как мы подходим к столу, и Фрея обменивается с Эндж рукопожатием. Я быстро делаю заказ, состоящий из большого бокала белого вина для Эндж и двух кока-колы, – для Фреи и меня. Когда я возвращаюсь к столу, они с Эндж увлеченно беседуют. Фрея говорит, как она благодарна за уделенное время, хотя очевидно, что Эндж не перегружена делами. Я бесшумно присаживаюсь рядом с Фреей и, пока они разговаривают, рассматриваю Эндж, пытаясь уловить хоть какое-то сходство с девушкой, которую я помню.
Пальцы и зубы у Эндж желтые от никотина, в седеющих волосах, стянутых в хвост, видны темно-рыжие пряди. Есть что-то знакомое в ее зеленых глазах, нервно перебегающих с меня на Фрею и обратно, но в них я вижу не Айону. Эндж останавливает взгляд на мне, осторожно наблюдая, как я потягиваю свою колу.
– Меня зовут Стелла, – говорю я с улыбкой. Дрожащими пальцами Эндж обхватывает ножку бокала. – Я подруга Фреи и тоже знала Айону. Мне очень жаль, что так случилось.
– Так это вы виноваты, да? – выдает Эндж с ухмылкой, обнажая ряд желтых зубов.
Я собираюсь с ответом, но у меня нет слов. Женщина заходится хриплым смехом:
– Шучу, милая!
Я заставляю себя улыбнуться, однако неуместность ее слов вызывает у меня отвращение. Фрея бросает на меня взгляд, но я не свожу глаз с матери Айоны.
– Полиция уже вывернула меня наизнанку, – жалуется Эндж. – Так что не понимаю, чего вы хотите.
– Меня интересует жизнь Айоны до переезда на Эвергрин. Вы всегда жили в Бирмингеме? – спрашивает Фрея.
Женщина кивает.
– Я родилась здесь. Как и Айона. Только она сбежала отсюда, а я – нет.
– А когда вы перестали общаться?
– Да незадолго до того, как она туда уехала. – Опустив глаза, Эндж делает большой глоток вина, и у меня возникает ощущение, что она нарочно тянет время.
– А вы знали, что она собирается на Эвергрин? – задает вопрос Фрея.
Эндж чуть заметно кивает, поднимая голову.
– Странное место для переезда, – Фрея доверительно подается вперед. – Я удивлена, что она вообще знала об Эвергрине, живя так далеко от него, в Бирмингеме. Мало кому известно о нем – это совсем небольшой остров.
– Ага, небольшой. Сто два человека, – поддакивает Эндж.
Теперь и я вслед за Фреей в изумлении подаюсь вперед. Пожалуй, она и вправду что-то знает!
Внезапно дверь распахивается, и наша новая знакомая смотрит на того, кто только что зашел. Я собираюсь обернуться, но она шепчет:
– Не смотрите.
– А кто там? – интересуется Фрея.
– Один человек, я ему задолжала. Денег у меня сейчас нет, но я найду и отдам.
Я бросаю взгляд на Фрею, однако та не сводит глаз с Эндж.
– Откуда вы знаете об Эвергрине? – спрашивает она, и женщина наконец поворачивается к нам и пожимает плечами.
– А что Айона там делала? – продолжает Фрея. – Это очень важно. Хотите, я помогу вам с вашей проблемой?
Эндж усмехается в ответ.
– Это намного больше, чем вы сможете заплатить, – говорит она, закусив губу, и я вижу, что она раздумывает над предложением.
– Как бы ни сложились ваши отношения с дочерью, вы не можете не беспокоиться о том, что с ней случилось, – произношу я. – Вероятно, в душе вы ждете ответов.
– У меня есть ответы, – Эндж таращится на меня. – Ее убил какой-то парень. Он уже признался в этом.
– А полиция ему не верит, – выпаливаю я. Эндж чуть наклоняет голову набок. – Полицейские считают, что это неправда. Значит, если Айона поехала на остров с какой-то целью… – Я намеренно делаю паузу, надеясь, что она продолжит, и наблюдаю, как наша собеседница запрокидывает голову, выпивая остатки вина, и размышляет над моими словами.
