<<Дженнифер – Бет>> Значит ли это, что мы должны начать называть его Милым парнем Эмилии?
<<Бет – Дженнифер>> Ни в коем случае!
<<Дженнифер – Бет>> К счастью для тебя, в твоей жизни уже есть чрезвычайно высокий мужчина, у которого нет синдрома Дюймовочки.
<<Бет – Дженнифер>> Пытаешься внушить мне чувство вины? Крис тебе даже не нравится.
<<Дженнифер – Бет>> Прости. Это наследственное. Не могу устоять перед возможностью заставить кого-то ощутить вину. С другой стороны, Крис – твой парень.
<<Бет – Дженнифер>> Да ладно. Я же не изменяю ему.
<<Дженнифер – Бет>> Полагаю, если бы я узнала, что Митч называет кого-то из коллег, пусть и не в лицо, Моя милая девушка, я бы расстроилась.
<<Бет – Дженнифер>> Это другое. Митч работает в средней школе, где полно девушек.
<<Дженнифер – Бет>> Ты понимаешь, что я имею в виду.
– Почему ты ухмыляешься? – спросила Дорис, вгрызаясь в маникотти[105]. Она обрадовалась, когда Линкольн сказал, что принес достаточно и с удовольствием ее угостит.
– Я не ухмыляюсь, – возразил Линкольн. – А улыбаюсь. Как нормальный человек.
– Думаю, это как-то связано с девушкой.
Линкольн усмехнулся и откусил кусочек маникотти.
– Понимаю. Эмилия – та еще штучка. Кажется, ты ей понравился.
– Эмилия здесь ни при чем, – ответил Линкольн с набитым ртом.
– Нет? – удивилась Дорис. – Тогда кто?
– Не знаю, – ответил он, что отчасти было правдой.
– Но она – не такой уж плохой вариант. Умная и здоровая. Ест много морковных палочек.
– Эмилия не в моем вкусе, – признался Линкольн. У него было отличное настроение, и пусть все это немного глупо, но… По большому счету, какая разница, что Бет увидела его и приревновала?
С другой стороны, важно лишь то, что Бет, девушка, о которой он часто думал и которая ему очень нравилась, вспоминала о нем.
– Правда? – спросила Дорис.
– Она низковата, – заявил Линкольн.
– А ты привередливый. Скажи, какой сыр кладет сюда твоя мама?
– Романо, – ответил Линкольн.
– Хм. Запах ужасный, но на вкус восхитительно.
На следующий день, в субботу, Линкольн отправился в спортзал, где практически никого не было. Он мог выбрать любые тренажеры и мужские журналы по фитнесу, но прямо сейчас не сумел ни на чем сосредоточиться. Он не мог выкинуть из головы письмо Бет.
Бет.
Он нравился ей.
Бет не знала его, но симпатизировала ему и думала о Линкольне в физическом смысле. Размышляла о том, сколько места ему надо в мире.
А еще ревновала.
Когда его вообще ревновала девушка? «Точно не Сэм», – решил Линкольн, покачав головой и пытаясь избавиться от этой мысли.
Бет не знакома с ним, ее ревность казалась фальшивой. Да и вся ситуация была ненастоящей.
Но многое могло измениться. Бет очень нравилась Линкольну, как и он ей. Значит, ей пришлась по душе его внешность, что хорошо для начала. Надо придумать способ увидеть ее, попытаться поймать ее взгляд или даже встретиться.
Он слишком быстро бежал по спортивной дорожке и был вынужден увеличить скорость, чтобы не споткнуться.
У Бет был парень, что являлось проблемой. Но совершенно очевидно: в их отношениях не все гладко. По выходным Линкольн и Джастин чаще «проводили время» с ее парнем, чем она сама.
Линкольн мог бы пройти мимо рабочего мест Бет…
А вдруг у них и вправду могло бы получиться? Что, если он ей понравится? На самом деле понравится?
Линкольн никогда не сможет рассказать ей об электронных письмах, придется хранить информацию в тайне, даже если они поженятся и заведут детей. Ведь люди постоянно так делают, хранят важные секреты друг от друга, верно? Например, один из дядюшек Линкольна лишь на похоронах жены узнал, что супруга была замужем и до него… на церемонию пришли все трое ее бывших мужей…
Нет, Линкольн понимал: в будущем придется все рассказать Бет.
Но он не мог. Ничего не сработает, глупости все это. Однако… она думала о нем… и ревновала.
После беговой дорожки Линкольн ощущал себя таким бодрым, что отправился в соседний зал, где тоже никого не было, кроме одинокой сотрудницы, которая читала журнал.
– Извините, – начал Линкольн. – Нужно ли записываться на тренировку по использованию свободных весов?
Девушка отложила журнал в сторону.
– Обычно да, – ответила она, оглядывая помещение. – Но не сегодня.
Ее звали Бекка, и она оказалась специалистом по питанию. Линкольн и не представлял, что люди занимаются чем-то подобным. Она была чрезмерно мускулистой и загорелой, но чрезвычайно терпеливой и без устали заверяла Линкольна, что он не похож на идиота.
Бекка помогла ему составить программу и записала все пункты на листе бумаги, который убрала в папку.
– Как только освоишься, обязательно попробуй набрать немного мышечной массы, – сказала Бекка. – Ты мог бы стать еще больше, что видно по размеру локтей.
– Локтей?
– На локтях нет жира, – объяснила она, – поэтому по ним оценивают структуру костей и то, насколько крупным ты можешь стать. У меня средние локти, так что возможности ограничены, я никогда не буду участвовать в соревнованиях.
Когда они закончили, Линкольн искренне поблагодарил Бекку, а она велела:
– Разыщи меня, когда тебе наскучит составленная программа.
