Она сменила униформу на более нарядную одежду: узкие черные джинсы и сапоги на высоких каблуках. Нанесла макияж – уместный в баре, при верхнем освещении он казался слишком ярким.
– Сперва мы встретимся с моими друзьями во «Фрайдис», – объяснила Дена. – Ты голоден?
– Да, – ответил Линкольн. – Хорошая идея.
– Они все без пары, – продолжила Дена.
– Одинокие девушки встречают Новый год! – крикнул Джастин из спальни. – Вот уж повезло!
– Там будет моя подруга Лайза, – добавила Дена. – Помнишь ее? Из «Стальной гитары»?
Линкольн помнил. И все еще ощущал привкус солода.
По пути к двери Джастин протянул другу очередную бутылку «Микки», и Линкольн с радостью взял ее.
Время во «Фрайдис» прошло как в тумане. Линкольн развлекал друзей Дены, заказывая все, что они хотели, включая и коктейли со взбитыми сливками, вишенками и мерцающими кубиками льда.
Казалось, даже в стейк Линкольна добавили виски. Когда они добрались до «Ранч Боул», Линкольн был порядком навеселе. «А с парнями бывает такое, – задумался он, – или, если ты парень, существуют лишь разные степени опьянения?»
Какова была степень его опьянения? И что случилось бы, если бы он прямо сейчас перестал пить? Он бы почувствовал себя лучше или хуже?
Они идеально рассчитали время прибытия. «Сакаджавея» как раз выходила на сцену. Джастин использовал Линкольна в качестве щита, чтобы проложить дорогу к бару.
– Как ты, здоровяк? Эй, Линкольн? – обратилась к нему Дена.
Линкольн кивнул. Все хорошо. Даже отлично.
Первая песня началась с гитарного соло. Впрочем, как и любые другие песни «Сакаджавеи». Джастин заорал, и девочки завизжали.
– Боже, посмотрите на него! – воскликнул кто-то рядом с Линкольном. – Он такой сексуальный!
Линкольн уставился на Криса. Парень буквально сиял, стоя на краю сцены.
Зря они приехали сюда, не самая умная идея. «Посмотрите на него, – подумал Линкольн. – Нет, вы только взгляните. Она с ним – самая красивая девушка, именно та, о которой я постоянно думаю. Она очаровательна. И вот он. В круге света. Все принадлежит ему».
Девушки в зале, окружавшие Линкольна, раскачивались в такт с музыкой Криса, протягивая к гитаристу открытые ладони.
Но Линкольну не было до них дела. Ему нужна была другая девушка. Та самая, единственная, которая имеет значение. Линкольн представил, как пробивается сквозь толпу, чтобы добраться до Криса, и его кулак с силой опускается на красивое лицо парня Бет.
– А песня не хуже, чем «Лестница на небеса»![122] – восторженно выдал Джастин.
Они с Деной стояли прямо перед Линкольном, достаточно близко, чтобы тому казалось, будто он находится позади друзей-одноклассников на школьной фотографии.
Но Дена не смотрела на Криса. Она наблюдала за Джастином.
Линкольн заметил руку Джастина на талии Дены: пальцы прямо под ее рубашкой, на пояснице.
А затем Линкольн вообще перестал замечать что-либо.
Друзья помогли Линкольну подняться по лестнице.
– Надо было оставить его в машине, – пыхтел Джастин.
– На улице холодно, – возразила Дена.
– Но он бы сразу пришел в себя. Господи, это все равно что тащить лошадь!
– Последний пролет.
– Я сам, – обрел дар речи Линкольн и попытался встать прямо, но покачнулся.
– Давай бросим его здесь, – предложил Джастин.
– Линкольн, пожалуйста, еще парочка ступенек, – подбадривала Дена.
Ему помогли протиснуться в дверной проем, но Линкольн ударился головой о косяк.
– Месть за то, что ты заставил меня пропустить выход на бис, – сказал Джастин, – ты чертов великан.
– Я сам, – повторил Линкольн.
Но он не мог двигаться, и ребята опустили его в кресло.
Дена пыталась заставить Линкольна выпить воды.
– Я умру? – спросил он.
– Надеюсь, – ответил Джастин.
Линкольн проснулся незадолго до рассвета и, пошатываясь, поплелся в ванную комнату. Вернувшись, он рухнул вперед, и кресло разложилось практически во всю длину, однако ноги Линкольна все же свисали.
От спинки кресла пахло гелем для волос и сигаретами.
Вообще-то, везде пахло сигаретами. Линкольн открыл глаза. Солнце уже взошло.
Джастин сидел на подлокотнике, курил сигарету и стряхивал пепел во встроенную в кресло пепельницу.
– Он проснулся! – крикнул Джастин в сторону кухни, и Линкольн застонал. – Дена переживала, – сообщил Джастин, включая телевизор. – Ты спал как убитый.
– Что?
– Не дышал, – пояснил друг.
– Но я дышал.
– А как будто нет, – заметила Дена, протягивая Линкольну стакан с чем-то красным.
– Что это?
– Водка и овощной сок, – растолковала она. – А еще соус для мяса.
– Не-а, – поправил Джастин. – Вустерский соус.
– Нет, спасибо, – отказался Линкольн.
– Тебе нужно попить, – заявил Джастин. – У тебя обезвоживание.
– Неужели ночью я потерял сознание?
– Вроде того, – сказала Дена. – Вот ты стоишь, а в следующую минуту уже лежишь на стойке, словно хочешь отдохнуть. Со времен универа не видела, чтобы кто-то так напивался.
– В университете я никогда не увлекался алкоголем.
– Что объясняет твой дилетантский подход, – усмехнулся Джастин. – Серьезно, с твоим-то ростом и вот так надраться, позор!
– Мне очень жаль, – извинился Линкольн перед Деной.
