– Значит, сейчас ты точно не просто так зашёл. Не сезон. Выкладывай, что стряслось, и извини уж, что не предлагаю выпить и культурно посидеть. У самого дел невпроворот. Сначала убийство прямо в Замковом, потом Великий Храм по камням разобрали, а дальше… Хотя, полагаю, ты и так в курсе.
– Слышал. Даже видел. И можно сказать, принимал участие, – с лёгкой гордостью заявил гость.
– Ты о чём? – всё ещё весело, но уже немного настороженно спросил Герцог.
Мужчина в плаще сначала молчал и осматривал покои. Затем закинул одну ногу на другую и произнёс:
– Налей мне чего-нибудь. И от одной из твоих странных трубок я бы сейчас не отказался. Можно орла – клюв у него интересный. Только набей покрепче.
– Надо же… Значит, история долгая. И, полагаю, интересная…
Пока Герцог исполнял просьбу своего друга, последний наигранно заговорил:
– На дворе стоял приятный, тёплый вечерок, и что-то мне взбрело в голову зайти в корчму в Столичной… – он остановился, мотнул головой, а потом продолжил под стеклянный звон бутылок и бокалов. – Нет, хреново у меня вяжется с поэзией. Поэтому изложу сухо. Некоторое время назад я обнаружил кое-что интересное. Точнее кое-кого. Чуешь, куда клоню?
– Догадываюсь. И почему-то, как ты выразился, чую, что продолжение мне не очень понравится.
– Ну, тут уж тебе решать. Так вот заглянул я как-то раз вечером в корчму. Делать было особо нечего, поэтому решил хоть как-то скрасить скуку. Сидел я себе и сидел. В этот раз до меня даже никто не пытался докопаться. И в какой-то момент заходит троица: один лысый, хаонурэки по виду, другой смуглый, будто из Гнос-Вырта, а третий вообще ничем не выделялся, кроме своего клоунского поведения. И представляешь, все трое – монахи. Не знаю, что они забыли за стенами своего Храма, и как вообще туда попали, но суть не в этом. Когда они заказали себе выпивку, и пошли искать столик, повернувшись ко мне лицами, у меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло. А это, знаешь ли, редко случается.
Герцог уже наполнил оба бокала и как раз начал забивать своему другу трубку кренельмским копчёным табаком, что являлся одним из лучших для свободной продажи во всём Риассе:
– Ну да. Такое происходит либо когда ты сильно удивляешься, либо если видишь свою цель, – ответил он, не взглянув на собеседника, лицо которого было от чего-то довольным.
– Угадал.
– Что именно?
– И то, и другое.
Принц одновременно с опечаленным и озабоченным видом передал трубку второму и рассеянно произнёс:
– Чего же они хотят…? – после недолгого молчания он глотнул из своего бокала и продолжил. – Ну и что же дальше? Полагаю, своё дело ты сделал?
– Не торопись, Герцог. Дальше – интереснее.
– Ну тогда продолжай. Чувствую, делам придётся подождать, поэтому я даже готов поэтапно выслушать про твою охоту.
– Обойдёмся без иронии, – мужчина сделал несколько глотков. – Отродьем оказался лысый. Я увидел его глаза, и меня как будто молотом по башке шарахнуло! Даже этого хватило, чтобы понять, что он не просто Меньший.
– Что ты имеешь в виду? – с ещё большим подозрением и интересом спросил Герцог.
– Сам не до конца уверен. Я уже столько их перерезал, но такое ощутил впервые. Как будто он был не созданным. А рождённым.
– Ты не шутишь?! – после этих слов у принца внутри разгорелась буря эмоций.
– Хотел бы я, чтобы это была шутка… В любом случае, это лишь подозрение. Потому что такого на моём веку ещё не случалось.
– Твои подозрения не важно по какому поводу всегда оправдывались. И если ты прав и на этот раз… Почему ты сразу не пришёл ко мне?
– И что бы это изменило? Меньший он и в канаве Меньший. Их вообще на этой земле существовать не должно, – со злобной уверенностью отрезал Охотник.
– Но мы же существуем. И ты сам виновник этого.
– Не ставь меня в один ряд с такими, как он. И даже не вздумай начинать свои тирады. Это совсем другое дело.
– Нет, Эндиш! Это одно и то же! – Герцог сорвался на крик. – И это могло бы изменить всё. Если уж твоё возбуждение было столь велико, тебя твоя находка совсем не смутила?
– А должна была? Плевать я хотел, кто из них созданный, а кто рождённый. Все они одинаковы. А я спасаю не только этот мир, но и их в том числе.
– Ну надо же! Великий спаситель нашёлся! Тебе самому от своих слов не смешно?
– Герцог, заткнись и послушай! У меня, в любом случае, с этим, скорее всего, ничего не получилось. Поэтому можешь успокоиться.
Наступило молчание. Эти слова действительно заставили принца взять себя в руки и охладить пыл. Он выпил целый стакан одним махом и раскурил погасшую трубку, прокручивая в своей голове множество мыслей. А затем спросил:
– В каком смысле?
– В самом прямом. Ушёл он. Вместе с двумя другими. Теми же, с которыми захаживал в корчму. Правда, не знаю, выживет ли, учитывая, что ему разок досталось от моего клинка. Но он, всё-таки, монах из Великого Храма. Поэтому можешь начинать надеяться.
– Ушёл от тебя с двумя другими? Та троица, за которой двинули Смэшшет с Сэммером… – последние слова Герцог произнёс сам для себя в тихой задумчивости. А затем до него стало доходить. – Подожди. Так Храм…
