Переступая через трупы, они вышли из хижины и оказались во дворе, располагавшимся на очищенной от леса опушке, рядом с которой пролегала узкая дорога. Другие тела, не менее изуродованные, валялись неподалёку. Честер выл уже не так сильно. Без ног и руки, с обезображенным телом и лицом теперь он лишь тихонько постанывал от очередных ударов кинжала. Почему после такого он был до сих пор жив Ганату оставалось лишь догадываться.
– Смэшшет – бывший хирург, – заметил тот, что протянул флягу, прочитав на лице Ганата немой вопрос. – и у него свои причины для этого. Постарайся не обращать внимания.
– Легко сказать… Погодите, их было человек тридцать, а здесь от силы половина…
– Мы знаем. Но недобитками займёмся позже. Наша главная цель – вы.
Пока они медленно брели в сторону привязанных лошадей, что ожидали дальше у каменной оградки, с той стороны дороги, Ганат вспомнил слова Честера.
– Они сказали, что их наняли и…
– Никто их не нанимал, – отрезал бывший хирург, также носивший болотный плащ, который с ещё одним мужчиной закончили своё дело и успели поравняться с остальными. – А тебе бы не болтать и экономить силы. Да и сейчас это не главная забота. Лучше бы о себе и Харосе подумал, чем странные вопросы задавать.
– А ты, надо думать, командир?
– Нет, – строго бросил Смэшшет и ускорился в направлении лошадей.
Вскоре оставшаяся четвёрка уже присоединилась к остальным. Харос, весь зашитый и перевязанный, хоть с большим трудом, но уже стоял в ожидании своего друга и как только тот подошёл с облегчением обнял его:
– Как же я рад, что ты жив. Как ни старались, тебя никак не могли привести в сознание, но уверяли, что ты дышишь…
– Погоди. Я тоже рад. Но надо спросить у них про Рёки.
– Так я уже. Никто его не видел. Ни в пустыне, ни здесь.
– Понятно, – с задумчивой тоской сказал Ганат, а затем задал вопрос хирургу. – Послушайте, мы, конечно, благодарны вам, но куда вы нас повезёте?
– Обратно.
– Чего? – глаза Хароса округлились.
– Спасители наши, значит? – недоверчиво протянул Ганат. – Никуда мы не поедем.
– Да успокойтесь. Наше начальство хочет вас видеть, – сказал тот, что первым заговорил в доме. – Да и не в сам Храм мы собираемся. А в Замковый Квартал.
– Ещё лучше…
В нападении участвовали не только обычные горожане, но и солдатня. А, значит, им отдали приказ откуда-то сверху. И после такого заявления, они думают, что монахи как ни в чём не бывало вернутся туда, где их хотели прикончить? Но эти мысли Ганат оставил при себе.
– Никто уже не будет никого убивать. Всё закончилось, – поспешил заверить раненых тот, что протягивал флягу. – Нам самим сначала был непонятен приказ нашего начальства, но потом мы узнали, что все успокоились. А с вами хотят просто поговорить.
– Поговорить? Мы не то чтобы кладезь знаний.
– А это уже не наше дело.
– И кто же вам приказы отдаёт?
– Мы подчиняемся непосредственно Герцогу.
– Сэммер, а ты лишнего не болтаешь? – с лёгкой тревогой спросил Смэшшет, бросив косой взгляд на своего товарища.
– В данной ситуации нет. Не вижу смысла скрывать это от них. Тем более, может так они станут сговорчивей.
– Надеюсь, вы осознаёте риски и понимаете, что делаете. Как и я… – немного поразмыслив констатировал Ганат. Имя Герцога, о котором тот был наслышан, подействовало на него благотворно.
– В седле держаться сможете? Путь неблизкий, и чем быстрее доберёмся, тем лучше.
– Думаю, вполне, – вся группа прекрасно знала о крепости и выдержке монахов, так что сюсюкаться никто ни с кем не стал.
– Хорошо. Тогда присядь.
– Луны, конечно, светят ярко, но не темновато ли вам для врачевания? – с явным интересом спросил Харос пока Сэммер доставал из седельных сумок разные предметы от бинтов, спирта и иголок до блестящих очков с круглыми линзами и передавал их Смэшшету.
– Этот и с закрытыми глазами смог бы тебя заштопать.
Бывший хирург уже через четверть часа закончил латать монаха. Их с Харосом накормили, напоили и помогли усесться на лошадей.
Прошло уже несколько часов с тех пор, как глава неофициальный разведки, подчиняющийся лично Герцогу, вошёл в покои второго. Никто из них ни разу не поднял голос и не начал спорить. Двое мужчин, как часто бывает, находились в деловом расположении духа и были спокойны, как мудрые старцы в ожидании великого жнеца, облачённого в белую рясу и вооружённого косой.
Доклад был длинным. Настолько, что они оба уже начинали подумывать о том, чтобы сделать перерыв. Но до вечера было ещё порядком времени, а решить, что делать дальше необходимо было тем лучше, чем раньше.
– От них уже который день никаких известий. Я подумываю, не привлечь ли к поискам ещё кого-нибудь.
– Не стоит, Ген. Сэммер со Смэшшетом всегда делают своё дело. И почти всегда безукоризненно.
– Да, но также они всегда давали знать, как обстоят дела.
– Погоди, ты что, волнуешься за них? – по-ребячески улыбнулся Герцог.
– Шутишь? – у Гена вырвался нервный смешок. – Я им что, мамаша или нянька? Они взрослые мальчики. Сами о себе позаботятся.
– И тем не менее…
